- Как вы видите, наш кустарник с плодами кофе-Ру́биц, действительно небольшой, в плане размера, но плодами, их количеством, как вы выразились впечатляет, для изготовления готового кофейного порошка, весом двести грамм, именно в такой фасовке мы и предполагаем его основную реализацию, требуется тысячу, тысячу двести грамм высушенных плодов. Один кустарник выдает до трех килограмм ягод.
- Сырых ягод, - уточнил папа Степана.
- Да, - подтвердил я, - урожай снимается раз в три месяца.
Папа Степана задумался, видимо производил какие-то подсчеты в уме.
Наша Маша, заметно нервничала, ожидая его решения, её ладошка, которой она держала меня за руку, довольно сильно вспотела или повлажнела, не важно, переживала она, да и мы со Степаном тоже.
Наконец Глеб Аркадьевич, шумно вздохнув, стал говорить:
- Ну-с, молодые люди, я вам предлагаю вот такой вариант …
В общем, папа Степана, впечатлился и самим напитком, и растением, в смысле его довольно-таки небольшим размером и большой урожайностью.
- У меня простаивает теплица, на двести акров, отапливаемая, я в ней планировал выращивать Тангор (фрукт, сочетающий в себе вкусовые качества мандарина и апельсина), но экваториальные поставщики меня подвели, не специально, конечно, природный катаклизм, ураган у них был в общем и все мои саженцы погибли, а теплицу я уже выстроил, что-то там нужно выращивать.
“Блин, а сколько этот акр?” – мысленно вздохнул я.
- Один акр, примерно ноль целых четыре десятых гектара, - тут же подсказала мне в левое ухо Мария.
“Спасибо” – мысленно откликнулся я.
- У вас этот кустик в единственном экземпляре? – посмотрел на меня Глеб Аркадьевич.
“Мария, sos, что ответить?” – запросил я Марию
- Саженцев будет столько, сколько будет нужно, но недельку всё-таки попроси, - тут же откликнулась техподдержка в лице Стихии-Марии.
“Уф-ф” – выдохнул я и честно посмотрев в глаза папы Степана, ответил:
- Саженцев будет столько, сколько нужно.
- Однако, - подивился Глеб Аркадьевич и не отводя от меня взгляда, спросил, - как ты это устроишь, Даниил.
“Действительно как, ну в смысле официально как?” – растерялся я, стараясь при это не показывать свои эмоции на лице.
На помощь мне, неожиданно, пришёл Степан, отвлекая внимание отца на себя:
- Пап, Даня маг-пробудившийся.
- Какой? – удивился Глеб Аркадьевич.
- Человек внезапно осознавший, что он маг, без всякого обучения, маг-природный, если точнее, - объяснил я, “А Степан всё-таки краса́ва, верно подает информационную поддержку”, - но мы это не афишируем.
- Надо же, не слышал такого определения, - удивился Глеб Аркадьевич и кивнул головой, соглашаясь, - что не афишируете это правильно, пусть это будет нашей коммерческой тайной, хотя я удивлён и очень сильно.
Поразмышляв ещё минуту, папа Степана произнёс:
- Когда мне подать телеги, для перевозки саженцев и куда?
“Да, что б вас” – расстроился я.
- Спокойно, Даня, скажи, что сам доставишь, - тут же дунула мне в уши Мария.
- Не беспокойтесь, Глеб Аркадьевич, в течении недели я сам вам все доставлю, - с уверенность, в голосе, которой сам не обладал, ответил я.
- Как? – ну очень сильно удивился папа Степана.
“Ка́ком” – мысленно ответил я.
- Даня дружит со Стихией Воздуха, она и поможет, - спас ситуацию Степан, “Я же говорю, краса́ва”.
- Я восхищен, - поразился Глеб Аркадьевич, но быстро взяв в себя в руки, продолжил, - теперь финансовый вопрос, “изобретения”, задумка, саженцы и тому подобное ваши, но вся реализация моя, предлагаю вот так – Даня, тридцать пять процентов дохода будут принадлежать вам с Машей, а шестьдесят пять мои и Степана. Как вам?
Признаться я рассчитывал на меньшее, так как львиная доля затрат ложиться на него, в чём подвох? Видимо это отразилось на моём лице, так как Глеб Аркадьевич, тут же объяснился:
- Чувствую, что в перспективе, ты, Даня, еще что-нибудь придумаешь и я хочу быть реализатором этого новшества, - не стал юлить он и протянул мне руку, для рукопожатия, как закрепления сделки.
“Хы-м, тогда всё понятно”.
- Договорились, - кивнул я и пожал ему руку.
- Ну что ж, мои юные компаньоны, на этом разрешите откланяться, поздно уже, - встал из-за стола Глеб Аркадьевич и кивнув, словно каким-то своим мыслям, достав из внутреннего кармана своего пиджака внушительно портмоне, - вот вам, на текущие расходы, что бы в голове была только учёба и изобретения новшеств, - положил он на стол, толстую пачку ассигнаций, - Даня, через неделю жду саженцы, меня провожать не нужно, не маленький.
И папа Степана покинул нашу комнату.
Мы молча смотрели на деньги. Наша Маша со Степаном восхищенно, я удивленно, так как не понимал сколько это.
- Данька, - повернулась наша Маша ко мне, - здо́рово.
“Ну наверно да” – пожал я плечами.
Степан, поняв причину отсутствия моего “восторга”, тут же стал объяснять:
- Дань, судя по пачке купюр, папа дал сто тысяч рублей, - объяснил он.
“Здо́рово, наверное, - подумал я и уточнил, - Мария это сколько, по местным меркам?”
- До хрена, - дунула мне в левое ухо Мария.
Ну это меняет дело и все-таки не совсем понятно, и я посмотрел на мою Машу:
- Маш, а один золотой, в рублях, это сколько?
