Воздух вокруг стал тяжелым, ноги начали дрожать, лишая меня опоры. Я не знаю, в какой момент это произошло, но сознание будто отключилось, больше не контролируя тело. Словно в тумане, против собственной воли я опустилась на колени. В этот момент сердце начало колотиться как безумное. Нервозность достигла максимума, когда я осознала, что произошло. Сейчас я была рада, что на глазах повязка. В темноте пережить происходящее было чуть легче. Она как будто скрывала мои страхи, неуверенность и уязвленное самолюбие.
– Умница. Теперь разведи ноги шире, руки убери за спину.
Голос Макара будто пробудил меня ото сна. И я обнаружили себя на коленях. Тут же захотелось встать. Сделав глубокий вдох, я медленно выдохнула, стараясь удержать себя на коленях. Давалось это с трудом. Я приняла озвученную позу. Странное ощущение находиться в зависимом положении, но я рада, что Макар не акцентировал сейчас на этом внимание. Через пару секунд мои запястья оказались скованными наручниками. Я чувствовала, как дрожат мои пальцы. Сжав руки в кулаки, я пыталась избавиться от дрожи.
– Все хорошо, Кира?
Я кивнула совершенно на автомате, даже не пытаясь осознать вопрос. Внешний мир для меня перестал существовать. Все во мне было сосредоточено на собственных эмоциях, которые я пыталась взять под контроль. Внутри бушевал ураган, которому я не могла позволить вырваться на свободу. Все силы я бросила на то, чтобы не демонстрировать Макару как влияет на меня происходящее.
– Не слышу.
– Все хорошо, – проговорила я, едва разлепив пересохшие губы.
После того раза я была уверена, что больше никогда не опущусь на колени ни перед кем. Это вызвало сильные отрицательные эмоции, которые я не хотела испытывать вновь. Не понимаю, как снова позволила уговорить себя на подобное. Рядом с Макаром я постоянно предаю саму себя.
– Моя красивая девочка.
Я привыкла к комплиментам, даже воспринимала их как должное, но сейчас слова Макара ощущались совсем иначе, интимно. Захотелось прикрыться, будто я демонстрирую ему не только тело, но и часть души. Я чувствовала себя беззащитной перед ним. И это мне не нравилось.
Настойчивое прикосновение к груди заставило меня отвлечься от собственных мыслей. Макар выкручивал мои соски, причиняя боль. От этой грубой ласки влага устремилась к половым губам. Звякнул металл и через секунду холодные зажимы поочередно сомкнулись на моих сосках, разнося по телу острую вспышку боли. Судорожно облизнув губы, я прикусила нижнюю, стараясь удержать внутри уже готовый сорваться стон. Макар закрепил зажимы, усиливая их давление, и потянул цепь, приводя их в движение. Дыхание все-таки сбилось. Я старалась привыкнуть к боли, одновременно с этим чувствуя возбуждение.
– Лбом упрись в пол.
Этот приказ в отличие от предыдущего не вызвал во мне протеста, скорее наоборот. Подобные штучки мне нравились. Зажимы мешали упереться грудью в колени, а потому пришлось немного выдвинуться вперед. В этой позе мой зад практически завис в воздухе, а зажимы тянули соски вниз, даря мучительно-сладкие ощущения. С каждой минутой мое возбуждение становилось все сильнее, а желание кончить – нестерпимее.
– Вижу, тебе все нравится, Кира.
Невесомое прикосновение кожаных кончиков флоггера предупредило меня о предстоящем. Мне приходилось раньше испытывать на себе касания плети, но назвать это поркой у меня бы язык не повернулся. Это был просто ничего незначащий эпизод, который не оставил следов ни в моей памяти, ни на моей заднице. Я знала, что с Макаром этот опыт будет иным. Страха во мне не было, только тонна возбуждения.
Средней силы удар опустился на мои ягодицы. Я вздрогнула, но тут же расслабилась в ожидании следующего. Макар порол со знанием дела, я чувствовала это. От него исходила спокойная уверенность, которая передалась и мне. Удар за ударом я глубже погружалась в происходящее, не испытывая потребности что-то контролировать. Наоборот, мне хотелось расслабиться и прочувствовать каждую минуту этой порки. Кто знает, может мне больше не представится такой возможности.
Удары сменяли друг друга, становясь сильнее. Пылающий огонь захватил тело, заставляя сознание медленно отключиться. Остались только ощущения: острые, яркие. Они пропитали меня собой, захватили каждую клетку. Против воли из горла вырвался протяжный стон. Чем сильнее он порол меня, тем больше я наслаждалась происходящим. Но постепенно удары ослабли, стали более редкими.
– Еще, – выдохнула я, умоляя его продолжить.
– Попроси.
– Пожалуйста.
– Хозяин, – настаивал Макар.
Я помотала головой, отказываясь это говорить. Удары прекратились. Хотелось простонать от обиды.
– Пожалуйста, – вырвалось из меня отчаяние.
– Скажи это, Кира.
Сейчас я находилась в той точке, когда мое нежелание подчиниться играло против меня. Мое сопротивление делало хуже мне же в первую очередь. Я хотела, чтобы Макар продолжил порку, но для этого надо пересилить себя и попросить… попросить так, как он хочет, чтобы я попросила.
