– Потому что ты не пробовала подчиниться. Напомнить тебе, как ты текла в прошлую нашу сессию? – Вздернул Макар бровь.
Я почувствовала себя загнанной в ловушку. Да, в тот раз я текла, как ни разу до этого. Не хотелось признавать, что это произошло из-за моей подчиненной позиции. Но так же я не могла не признать, что Макар невероятно хорош в роли Верхнего. Он в ней очень органичен. И пусть в прошлый раз я не могла видеть из-за маски на глазах, но чувствовала я его очень хорошо. Его властная аура затопила меня.
– Это ничего не значит, – пыталась я стоять на своем. – Просто новизна ощущений, не более того.
– И ты станешь зависимой от них. Будешь хотеть все больше и больше. Тема затягивает.
– Прямо сейчас ты меня пугаешь. Я не хочу однажды обнаружить себя на полу у твоих ног, эти сами ноги вылизывающую.
– Эта практика, кстати, мне нравится.
– Ни за что! – Выставила я ладонь вперед. – Запиши это в мои запреты или куда там.
– В Табу, – подсказал Макар. – Пока карандашом запишу. Вернемся к этому вопросу позже.
– Никуда мы возвращаться не будем. Я не собираюсь вылизывать твои ноги и точка!
– Не волнуйся, Кира, я не буду тебя не к чему принуждать. Все будет происходить исключительно по обоюдному желанию.
Меня его слова ни черта не успокоили. Эти извращенцы, продавливая по капле, умеют добиваться своего. Это я уже уяснила.
– Раз уж об этом зашла речь. Поговорим о фантазиях, – улыбнулся он. – О чем ты втайне мечтаешь?
– Я мечтаю вполне явно о том, чтобы твоя самоуверенность уменьшилась вдвое. Может тогда я с тобой смогу иметь дело, не испытывая раздражения всякий раз.
– Ты ко мне привыкнешь.
Я лишь в очередной раз закатила глаза. Он просто неисправим. Скорее снег летом пойдет, чем в Макаре что-то изменится.
– И все же, вернемся к моему вопросу. Расскажи о своих фантазиях.
– Зачем?
– Мне интересно.
На некоторое время я задумалась. В своей жизни я уже успела попробовать многое, даже то, о чем никогда не грезила, но было кое-что, что осуществить у меня пока не представилось возможности. Довольствовалась порно-роликами.
– Игровое изнасилование, – спокойно сказала я глядя Макару в глаза. Если верить рейтингу всяких третьесортных изданий фантазия об изнасиловании остается одной из самых популярных среди женщин. Это, разумеется, не значит, что они хотят подобного в реальности. Обычно они представляют горячего мачо приятной наружности, который берет их силой где-нибудь в темном коридоре. Вот Макар в моих глазах достаточно горяч для насильника. С ним бы я эту фантазию осуществила с огромным удовольствием.
Он облизнул нижнюю губу и прищурился.
– Еще какие-нибудь есть?
– МЖМ.
– Сразу нет. Трахать я тебя буду один. Тут без вариантов, – сказал, как отрезал.
Не очень-то и хотелось. На Макаре свет клином не сошелся. Если получится, осуществлю эту фантазию в будущем.
– Что насчет твоих фантазий? У вас, извращенцев, их должна быть масса.
– Мне сорок два, Кира. Все свои фантазии я уже воплотил в жизнь. Хотя ты мне и подкинула новую, – усмехнулся он.
– Оставь ее при себе. Ничего не хочу об этом знать.
– Совсем не любопытно?
Очень любопытно, но ни за что не покажу ему этого.
– Не фантазия. Скорее желание, – продолжил он. – Хочу, чтобы ты опустилась передо мной на колени без моего приказа.
– Вряд ли это когда-нибудь произойдет. – Не могу представить, что должно случиться, чтобы я добровольно встала перед ним на колени. Это событие просто не может состояться в моей Вселенной. – Быть униженной меня не возбуждает.
– Стоять на коленях перед Хозяином, Кира, это не унижение. Так ты показываешь мне свое уважение, без слов сообщаешь, что готова сделать для меня все, что я захочу.
– Это какой-то ритуал посвящения? Без этого в вашу секту для извращенцев не принимают?
– Иди сюда. – Макар вновь притянул меня к себе. – Я могу приказать, и ты встанешь на колени, но это не то же самое, когда ты делаешь это самостоятельно. Этим жестом ты покажешь, что приняла меня в качестве Хозяина, отдала мне власть, отпустила контроль, окончательно подчинилась.
В этом определенно что-то было… для тех, кому такое нравится. Я даже могу это в какой-то степени понять, но сама не испытываю удовольствия от такой демонстрации покорности. Для этого вероятно нужен особый склад характера, которым я не обладаю.
– Когда ты приказываешь, тогда сделать это несколько проще, – проговорила я в его грудь. Своим приказом он меня как будто заставляет. Это помогает мне не чувствовать себя сдавшейся и окончательно проигравшей. С приказом сдается тело, но не я сама.
– Я сделаю все, чтобы ты захотела это сделать без приказа, – пообещал он.
Не представляю, как ему это удастся. Ведь я себя знаю. Я никогда не сделаю этого добровольно. Иначе это просто буду не я.
Всю первую половину дня я провела на утомительных переговорах, которые меня морально истощили. Когда я вернулась в свой кабинет, застала там вальяжно расположившегося в моем кресле Дениса. Закинув ноги на стол, он листал наш рекламный буклет.
– Ты не ошибся кабинетом? Твой дальше по коридору.
