-Слушай, Йен, ты не веришь, что между нами есть любовь, так? Тогда почему я живу тут, почему он целует меня, почему вчера мы занимались сексом в машине, а ночью он нёс меня на руках в свою спальню? Вряд ли для игры, потому что тут никого нет, и он может быть самим собой,— спокойно перечислила я, переборов весь гнев.
-Даниель? На руках нёс? Ты сейчас врёшь точно,— усомнился Йен.
-Лео,— закричала я, и мужчина тут же прибежал.— Лео, подскажи, вчера после того, как мы с Даниелем были в кабинете, что было?
-Эм,— мужчина замялся.— Он отнёс вас на руках в свою спальню, мисс.
-Вот Йен, могу позвать шофёра, и он расскажет, что ждал на улице, пока мы насыщались друг другом,— с вызовом предложила я.— Лео, спасибо, ты пока не нужен.
Мужчина тут же ретировался.
-Не верю, — замотал головой Йен.— Это не может быть правдой.
-Почему нет?— прищурив глаза, спросила я.
-Да потому что, Клер…,—начал Йен и замолк.
-Что Клер?
-Он любил Клер, он давно её полюбил. Когда он был двадцатилетним мальчишкой, он встретился с ней, но она его отвергла, высмеяв, что он никто. И он начал работать, зарабатывая то, что так было необходимо твоей сестре — деньги. И вернулся к ней уже вот таким: богатым, успешным и знаменитым. И он не мог влюбиться в тебя, потому что он грезил о Клер все восемь лет,— торопливо рассказ Йен.
-Что?— я пыталась понять все, что он сказал.
-Да, это правда, но я не хочу, чтобы он знал, что я тебе все рассказал. Он тобой пользуется, чтобы причинить боль Клер, определённо. А ты, как дура, поверила в эту сказку, даже если он и спит с тобой, то это ничего не значит. И я уверен, что он простит её и выбросит тебя. Подумай о себе, Лана, разве с тебя недостаточно унижений? — он сел на кресло и сложил руки в замок.
Озноб пронзил моё тело, не давая дышать и думать. Боже, а ведь ему удалось уверить меня в своей ненависти к ней…
Мне захотелось убежать, подальше отсюда. Прочь из этого места.
-Я поняла тебя, Йен,— спокойно ответила я. — Думаю тебе лучше этот вопрос решить с Даниелем, а не со мной. И я верю Даниелю больше, чем тебе.
Я встала, чтобы уйти.
-Ты не знаешь его, Лана. Ты просто сейчас находишься не в том месте, и ты встретила его не в то время. Я предположу, что ты влюблена в него, но не он. Я его брат, я знаю все его планы и ходы,— мужчина пытался меня убедить.
-А в каком месте мне надо находиться?— с усмешкой спросила я.
-Ты должна жить, развлекаться и наслаждаться своей судьбой. А Даниель использует тебя, и выбросит, как вещь. Потому что всегда единственная его цель была — Клер. Я не понимаю, что он нашёл в ней, но я знаю его. И я не хочу, чтобы он тебе навредил. Он злится на тебя, потому что ты не она. Он же бил тебя, потому что ты попалась под руку. А Клер он ни разу не трогал, тебе это ничего не говорит? Тебе нравится такая жизнь быть не на первом месте, а всего лишь запасной? Девочка, да ты достойна большего. Ты красивая, умная, весёлая, весь мир у твоих ног. Беги от него,— Йен говорил, а я просто стояла и смотрела в точку перед собой.
-Прости, Йен, но мне надо готовиться к вечеру,— я, не ускоряя шаг, двинулась через столовую.
Я продолжала идти сквозь туман, поднимаясь к себе. Только закрыв дверь, я выдохнула. Йен нанёс удар по самому больному. Безболезненный, но смертельный.
Я продолжала стоять в комнате, словно превратилась в ледяную статую. Я не могла пошевелиться. Мне казалось, сделай я ещё шаг, ещё вздох, я просто рассыплюсь на мелкие осколки.
В голове были только слова: «Он давно полюбил её».
Вот и причина всей его агрессии по отношению ко мне. Поэтому он и купил меня, чтобы наказать Клер за измену. Поэтому он не хотел отпускать меня, чтобы Клер знала, что он не один, а со мной, злилась и ревновала так же, как и он.
Неожиданно мне стало смешно, я, зарывшись руками в волосы, позволила этому истерическому смеху разорвать все тело. Но он перерос в громкие всхлипы и крупные слёзы.
Он все это время смеялся надо мной и тем, что я испытываю или хотела бы испытывать с ним. А я-то думала, что ошибалась в нём!
Дура, какая я дура!
Я медленно открыла глаза. Что ж, теперь Даниель Хард стал для меня объектом отвращения, и никем больше. И я использую сегодняшний день, я сохраню эти воспоминания, чтобы убить надежду, зародившуюся однажды в сердце. Никогда больше Даниель Хард не предстанет передо мной человеком. С этой минуты я запомню его, как лживого подонка, который из-за собственной уязвлённой гордости и самолюбия решил использовать меня. Только так.
Я вышла на балкон в своей комнате, и подняла лицо к солнцу. Чтобы оно высушило дорожки от слез, и сожгло все внутри. И это не только отвращение к самой себе, но и нечто худшее — любовь.
Я двигалась на автомате: душ, работа, встреча визажиста и парикмахера, причёска, макияж, платье, туфли, духи. Всё это проходило в молчании и напряжении, я не слушала, что мне говорят, советуют. Я до сих пор купалась в правде, которую раскрыл мне Йен. И ведь, я могла бы усомниться, если бы он предложил место любовницы у себя. Но он искренне пытался образумить меня.
