— Замечательно. — ощерился я в оскале.
Под конвоем пройдясь до гаража и загрузившись инструментом, мы проследовали на привокзальную площадь города. Общую. И железнодорожную, и автобусную. Где я нагло занял переднее место маршрутной «Газельки», идущей в Москву, и ожидающую пассажиров. На попытавшуюся влезть за мной Юлю указал водителю:
— Денег нет, платить не буду.
— Дэвушка… — забеспокоился водила среднеазиатской внешности — Эсли дэнэг за проезд нэт, значит не эдем. Пешком идем.
— Ну Гарик!!! — сверкнула на меня глазами Юля.
— Что? Я семнадцать лет уже как Гарик. Вали домой. Если с тобой случится чего по дороге — меня сначала мой папа похоронит, потом твой откопает, сделает противоестественное, два раза наизнанку вывернет и опять закопает. На неимоверную глубину. Иди домой, Юль. Я потом все расскажу. Тебе реально сейчас не стоит лезть.
К ценностям Юльки стоит отнести то, что, какая бы она не была прилипчивая, но вот когда нужно сваливать — понимала сразу. Вполне возможно, из-за того случая в арке. Удовольствия ей это не доставляло, тем не менее… Нахохлившаяся, как ворона под дождем, девочка потащилась в сторону нашего микрорайона. Бросив вслед оценивающий взгляд, я решил, что дойдет без приключений на свои нижние девяносто, хотя там сейчас и шестьдесят с уловками еле набегало.
— Э… А кто у нее папа? — подал голос водила.
— Прокурор. — правдиво ответил я. После этого вопросов больше не возникало.
Попетляв по городу, маршрутка вышла на трассу до Москвы, которая проходила сквозь городок, и набрала скорость потока. Рядом никто не сел, ну кроме призрачной личности, которая сразу же заставила меня расчехлить МПЛ, чехол которой был приторочен к рюкзаку, и заняться правкой режущей кромки подобранным по дороге камнем.
— Да не косись ты так! — не выдержал я взглядов водилы — На дорогу смотри!
— Я и так на дорогу смотрю.
— Не собираюсь я никого резать. Успокойся. Бабушка попросила клумбу у дома поправить. Не полноценную же лопату в Москву тащить? — по совету дяди выдал я.
— Ффух! — вытер пот со лба водитель — Я-то подумал… Родственникам надо помогать!
— А то!
Приняв после этого сигнал от ответчика «свой-чужой», водитель не затыкался ни на секунду. Сообщил и свое имя, и имена своих родственников, и откуда сами, и кто, где, чем занимаются. И что он тут только временно, а на самом деле… Дядя только посмеивался. Если у них в призрачном мире так же — то ну нах. С облегчением вывалился у точки, когда за меня уже сосватали минимум трех племянниц. «Э! Пэрсик! Всю жизнь на руках носить будешь» … Бррр!!!
Пройдя вглубь даже не леса, посадки, обнаружил полянку метров десять квадратных. Крохотную совсем. Тут действовал по подсказкам дяди, ибо опыта — ноль. Отметил место раскопа. Раскатал рядом ранее припасенный целлофан и придавил камнями по кругу. Переоделся в рабочую одежду. Ну и приступил к археологическим работам, под подгоняющие вопли дяди. А уж он личный состав гонять надрочился, за время службы. Так что филонить мне не пришлось. Аккуратно, на сколько возможно с моими кривыми руками, снял дерн. И пошел махать этой самой МПЛ, закидывая землю на квадрат расстеленного полиэтилена. Сам бы хер придумал про подстилку… Хотя до этого опыт рыбака и имел. Не катит.
Тридцать минут, все-таки для меня, городского жителя, хоть и подростка, физический труд немного необычен, тем более такой. Не грядку вскопать. Заколебался.
— Что, умаялся, болезный? — с обманчивым состраданием спросил дядя — Ничо, в армию попадешь — там точно охуеешь.
Умеет же мотивировать… Ничего не ответив на этот посыл, я докопался-таки до приза, ящика болотного цвета, и принялся его обкапывать со всех сторон. Раздобыв доступ к сокровищам, сначала буквально обнюхивал со всех сторон в азарте — ничего особенного. Ящик, как ящик. Деревянный. Даже без маркировок.
Вскрываю. Внутри два АКМС, Пистолеты ТТ и два Макарова. Все блестит от толстого слоя смазки. Четыре гранаты в клетчатой «рубашке». Ф-1, вроде. Выкрученные запалы лежат отдельно. Отдельно в целлофановом пакете пачки купюр с американскими президентами. Не банковские упаковки, просто отсортированы по номиналу и перетянуты бумагой, на которой обычной ручкой написана сумма. Рядом пакет с российскими рублями. Обломс. Купюры девяносто пятого года. Это когда цены были исключительно в тысячах и миллионах. Сейчас ими только печку топить, разве что. Ну венцом на этой горе богатства…
— Золото. — выдохнул я.
Восемь прямоугольных слитка со скругленными краями и пакет, куда без разбора было насыпано колец, цепочек, сережек и прочих женских украшений. Хотя, виднелись и вполне мужские массивные перстни, и цепи в палец толщиной. Привет из девяностых.
— Золото. — подтвердил стоящий рядом дядя — Вот на нем тебя и возьмут.
— Ээээ… Стоп! — немного отошел я от «золотой лихорадки» — Что?
— На сбыте цацок и золота тебя и прихватят. — повторил дядя — Тут даже без вариантов. Рассказать, как будет?
— Не надо. — я жалостливо смотрел на эти сокровища — Вообще без вариантов? Это ж… Дополнительные средства. И для твоей семьи, между прочим. Ничего нельзя сделать?
