Прошла неделя. Всё это время Даэвы жили в деревушке немного западнее Акариоса. Даймон и Белатрисс знали, что в Фоэте сейчас скрываются и ан Грейвы. Однажды бессмертные супруги даже навестили дом Дариуса и Эви. Легат Щита Неджакана скрыл от бывшего центуриона вести про военачальника Элизиума. Он сказал лишь, что ненадолго взял отпуск по личным делам. Дариус не стал вдаваться в подробности – тон командующего был весьма убедительным. Тем более, Даэвы редко совершают что-то «по глупости» – их действия хорошо продуманы… в большинстве случаев.
Даймон ожидал любой новости от Юклиаса: плохой или хорошей. При любом исходе Даэв знал, что делать дальше. Конечно, меньше проблем возникло, если бы Фаметес выжил. В ином случае легат решил убедить Гелиона отправить силы в Элизиум, чтобы не дать Раверинтосу занять трон. Между меньшим и большим злом Даэв бы выбрал меньшее – Гелиона.
И вот, наконец, весточка пришла. Молодой паренёк лет восемнадцати подошёл к калитке дома, где жили Дариус и Белатрисс, и постучал. Через минуту дверцу приоткрыла девушка со светящимися глазами.
– Чего тебе? – добродушно спросила она незнакомца.
Он помялся, стараясь не смотреть в завораживающие глаза волшебницы, и, опустив голову, сунул ей письмо.
– Это от Вашего друга, – протараторил юноша и рванул с места, как только Трисс взяла послание. Видимо, засмущался или просто-напросто испугался Даэва.
Белатрисс осмотрела конверт – ни единого слова. Затем она перевела взгляд туда, где секунду назад стоял парень, чтобы поблагодарить, но его и след простыл. Она удивилась и, заперев калитку, отправилась к мужу.
Даймон был за домом. Он вертел алебардой перед воображаемым противником, при этом даже умудряясь отражать его возможные атаки.
Трисс ловко увернулась от замаха воина и нежно обняла его сзади. Мужчина от неожиданности дёрнулся, но тут же смягчился, узнав супругу, и бросил алебарду.
– Совсем скучно? – спросила девушка, прижавшись к его мощной спине.
– Да… – вздохнул он. – Никогда не думал, что не смогу отказаться от войны.
– Это у тебя крови, – высоким голосом подытожила Трисс. – Ты подсел на азарт битв – от этого не сбежишь.
– М-м-м, – недовольно промычал Даймон. – Звучит мрачно… А ты? – он повернулся к девушке и тоже обнял её.
– А я – нет, – пропела она. – Наверное, я бы даже смогла жить человеком, если бы не проклятое свечение из глаз… – в её голосе не было укора, лишь усмешка.
– Зато какие это глаза! – мужчина нежным жестом заставил девушку посмотреть на себя. По его лицу растеклась улыбка, а узор на зрачках стал переливаться с новой силой.
Трисс мило улыбнулась. Но вдруг вспомнила про письмо, и её счастливый взгляд вмиг растерял радость. Она достала из кармана конверт и повертела им перед лицом Даймона. Тот сморщился и схватил его, отойдя на шаг назад.
Мужчина зубами открыл конверт и достал оттуда свёрнутый листок бумаги, на котором было написано всего одно слово.
– Очнулся… – вслух прочитал Даэв и вопросительно посмотрел на супругу.
Она облегчённо вздохнула и сказала:
– Иди один.
– Почему это? – удивился воин.
– Я вчера была у ребят, – тихо начала девушка, опустив глаза. – Канеус отвёл меня в сторону и сказал, чтобы завтра ты шёл один…
– Завтра? – воскликнул Даймон. – То есть, уже сегодня? Откуда он знал?
– Это же Канеус… – замотала головой волшебница. – Кто знает, что нашёптывает ему Эфир…
Мужчина сморщился и закатил глаза. Впрочем, он любил это делать…
– Бесит он меня, – произнёс воин. – Слишком хитрый взгляд у него.
– Ну перестань, – нахмурилась девушка. – Это предрассудки. Мы с ним ладим. Вон за одиннадцать лет ни одной ссоры. А вообще, многих древних Даэвов Всевышний одарил способностью видеть будущее. Кого-то – на пару мгновений, а кого-то – на целые дни вперёд. Канеусу просто повезло.
Даймон вздохнул.
– Ладно, пусть будет так, – раздражённо промолвил он. – Пойду один. Но сердцем чую, что день сегодня будет… весёлым.
– В каком смысле?
– Неспокойно на душе, – воин задумался. – Возьму с собой оружие.
– Будь осторожен, – Трисс обняла любимого и поцеловала. – Да защитит тебя Айон.
– Что со мной сделается? – рассмеялся Даймон. – Я Даэв.
– На всякий случай… – улыбнулась волшебница. – Всё, иди. Тебя ждут.
Мужчина поцеловал супругу в ответ, отстранился и, подняв с земли алебарду, пошагал к калитке. У дверей он отсалютовал и ласково крикнул Трисс:
– Да сохранит тебя Айон!
Девушка кивнула и помахала ему ручкой. Даймон отпёр дверь загона, вывел оттуда лошадь, ловко запрыгнул на неё и, пришпорив, да так, что та заржала и встала на дыбы, ускакал в сторону города.
Даэв нёсся на всех парах. Задерживать Юклиаса он не хотел. Воин спрыгнул с лошади у дверей таверны и крепко привязал поводья к вывеске, надеясь, что она выдержит дикий пыл жеребца.
Даймон вошёл в здание и вбежал на третий этаж. Дверь в комнату жреца была заперта. Воин громко постучал и представился. Замок вскоре отворился. За порогом стоял взволнованный Юклиас. Но по виду он был очень рад видеть Даэва.
– Проходите! Поскорее! – он буквально затащил мужчину внутрь и запер за ним дверь.
