Он избавил пленника от лишней одежды. Держал почти без воды и еды, связанным и с кляпом во рту. Самое неприятное было использовать плеть. Спина и грудь пленника кровоточили, но ярость Альберта не утихала. Сразу две, две невинные души! Мерзавец.
Мужчина посмотрел на стальной стол, где лежали инструменты.
Скоро.
Еще денек.
Или два.
Аксель нажал «отбой» на мобильном телефоне и положил аппарат на стол. Перед ним сидели Артур Тресс, который наконец вырвался из отдела криминалистической экспертизы, Кейра и Дилан. Коллинс как раз докладывала о результатах поиска психотерапевта Тайры, когда Грину позвонил Марк Карлин и сообщил, что он срочно уехал на встречу с потенциальной сестрой убийцы и через несколько минут встретится с главврачом для обсуждения ее случая. Именно поэтому он не пришел на запланированную встречу команды, а предупредить забыл. Подобная забывчивость Карлину была не свойственна. И один этот факт свидетельствовал о том, что Марк остро заинтересован в происходящем. Он нырнул в гипотезу с головой и вернется только тогда, когда получит доказательства, что он прав. Или ошибся.
Новость о том, что Карлин получил подтверждение своим догадкам, без преувеличения произвела на Акселя эффект разорвавшейся бомбы. Во-первых, даже сам Марк до конца не верил, что прав, хотя упрямо и профессионально отрабатывал версию. Во-вторых, после провала с фотороботом было страшно ошибиться еще раз. В-третьих, знакомое чувство близкой развязки не пришло. Вместо него Грина затопило такое мощное ощущение тревоги, что он даже подумал, что перепил кофе за последние дни. К счастью, руки не дрожали. Но сердце сходило с ума.
Адреналиновая гонка.
Или все-таки тревога? Аксель пока не мог разобраться. Детектив глянул на умолкнувший телефон и попытался вспомнить, о чем они говорили до того, как раздался звонок. Кейра смотрела на него со спокойным вниманием. Она стремительно менялась, Грин чувствовал эти изменения, но не понимал, как их трактовать и нужно ли их трактовать. Он отдавал себе отчет в том, что она не останется в команде. И вряд ли даже задержится в полиции. Он сам еще считался молодым специалистом. Шутка ли, руководитель отдела в тридцать. Такое в управлении встречалось нечасто. Но даже в свои тридцать он научился считывать стажеров до того, как они открывали рот. Кейре не нужна была полиция. А вот Дженкинсу – нужна. И именно поэтому стажера не уволили, а лишь перевели. Чтобы дать шанс проявить это рвение, талант, если он есть.
И все-таки, почему он чувствует тревогу?
– Мы выяснили, – продолжила Коллинс, когда Аксель жестом показал, что можно продолжать, – что Тайра Тувински несколько раз меняла психотерапевта. Пока не удалось установить особенности посещений и причины, по которым она обращалась то к одному, то к другому. И находились психотерапевты в разных частях города. На момент начала структурирования и анализа информации я подумала, что в этом случае нас интересуют два, максимум три последних врача. Я думаю, что Инквизитор убил ее вскоре после знакомства. Вернее, вскоре после того, как узнал о ней правду. К сожалению, последние три врача принимали в отдалении от любых психиатрических заведений. То есть Инквизитор мог встретиться с ней только в случае, если сам ходил на терапию или его сестра ходила. Из всех записей мне удалось получить пока только карту из самого последнего кабинета, – Кейра покопалась в папке, чтобы достать нужные листки. – Примечательно, что на последнем зафиксированном приеме Тайра не говорила об отчиме и насилии. Она говорила о том, что влюблена и не понимает, как ей жить с этими чувствами.
В кабинете повисла тишина. Кейра, кажется, наслаждалась тем, что три пары мужских глаз сосредоточенно остановили взгляды на ее лице. Она отложила папку, оставив в руке копию записей психотерапевта.
– «Пациентка встревожена, эйфорична. Меняет место положения. Не лежит. То и дело смотрит в окно и на часы». К сожалению, многие психоаналитики и психотерапевты ведут весьма куцые записи.
– То есть она была влюблена, – резюмировал Артур Тресс. – И ты думаешь, что ее возлюбленный – это и есть Инквизитор?
– Предполагаю. В любом случае нам нужно его имя. У этого врача имени не оказалась, я с ней говорила по телефону. Нужно время, чтобы связаться со всеми психотерапевтами Тайры. А их – на минуточку – одиннадцать. И не каждый сейчас живет и практикует в Треверберге. Некоторых даже нет в живых.
– Интересно все-таки, почему она так часто их меняла? – спросил Аксель.
Кейра пожала плечами.
