За каждый метр полностью

На самом деле начальник штаба предпочитает кофе без кофеина, но включать капсульную кофеварку ленится. Поэтому Проза дразнит Дрозда.

– Можно вопрос? Еще летом хотел задать.

– Валяйте, – великодушно соглашается Дрозд.

– Вот это обращение к другу по имени-отчеству. Чувствую себя как на флоте. Откуда оно?

– Белорусы приучили. Еще в 20-м, на учениях. Я, тогда комбат, захожу представляться командиру. Строевой шаг, честь – все как положено, докладываю о прибытии, громко, четко. А командир полка: «Полегче давай, мы ж не на плацу». Они между собой по имени-отчеству и на «ты». И нас приучили. А что? На флоте так принято? Не знал. А еще не хватает такой традиции, как «давайте сверим часы», чтобы с точностью до секунды. Для единого понимания и четкого взаимодействия.

– В век электроники? – не верит Проза. – Когда у всех мобильники?

– Во-первых, на передке мобильники запрещены, а электроника, во-вторых, часто выходит из строя. Из-за помех, например. А механические часы… На войне часто нужна секундная точность! И чтобы никто не мог сказать, что что-то сбилось или разрядилось. В этой фразе – «давайте сверим часы» – есть какой-то глубинный смысл. Не могу объяснить. – Дрозд хмурится. – Сейчас Кречет за вами заедет.

В ожидании машины Проза лезет в телефон. Во ВКонтакте переписка с Женей-связистом. Сам он в соцсеть давно не заходил.

– Здравствуйте, я – жена Жени! Спасибо большое за информацию! С ним сейчас разговаривали. Просил передать, что очень рад знакомству с Вами и надеется на дальнейшее общение, если Бог даст. Возник вопрос – как-то можно было бы получить экземпляр с Вашим автографом? Допустим, я бы купила книгу с доставкой до Вас, а Вы бы мне потом ее переслали (за мой счет). Если это удобно, конечно…

– Здравствуйте. Женя в книге есть. Под другим именем, так положено, но найдет себя, надеюсь, понравится. По поводу экземпляра с автографом. Я на следующей неделе еду туда, если увижу его, то подарю ему. Я пришлю Вам экземпляр с автографом перед отъездом – вышлите адрес. Даст Бог, съезжу благополучно.

– Ой, спасибо огромное! Женя стал комвзвода в звании лейтенанта.

– Книгу получила. Ещё раз огромная Вам благодарность! Вчера за вечер проглотила всю книгу – с перерывами на пореветь… Некоторые сюжеты уже знакомы были по рассказам мужа. Спасибо, что пишете про все это!

– Добрый вечер! Низкий Вам поклон от нашей семьи! Женя сегодня в ночь должен уехать на задачу. По срокам сказали – от месяца и больше. Боевое крещение в роли комвзвода.

– Командир, движение на два часа, – докладывает Гвоздь.

Тёма и Иван вскидываются, для Гвоздя они оба – командиры. Но расчищенный сектор наблюдения стрельбы узковат для троих, потому Иван осматривает передний край вторым.

Силуэт человека, напоминающий ком листвы и хвои, движется в их сторону короткими перебежками от одного поваленного дерева к другому. Иван замечает длинный ствол с глушителем и понимает причину спокойствия Тёмы. Это возвращается наш снайпер.

– Уйгур, – уточняет Тёма и снова извлекает планшет из-за пазухи бронежилета.

Снайпер проскакивает мимо НП, бойцы терпеливо ждут, пока Уйгур сориентируется. Наконец тот выглядывает из-за сосны, находит Тёму взглядом, словно спрашивает: «Можно?» Тёма кивает. Уйгур на четвереньках бежит в окоп, в его движении есть что-то звериное и комичное. «Небрежное, – мысленно сердится Иван, – демаскирует нам НП».

Уйгур напоминает монгола, лицо маленькое, потное, узкие глаза сверкают охотничьим возбуждением. Ни слова не говоря, он у входа в окоп вскидывает три пальца. Плюхается рядом, пыхтит. Тёма протягивает Уйгуру планшет.

– Вот здеся, здеся и здеся – чисто. – Снайпер показывает три секции украинского окопа.

– Начало атаки через десять минут, – объявляет Тёма.

Тёма и Уйгур уходят. Гвоздь возвращается на место наблюдателя, а Иван укладывается на десять минут полежать с закрытыми глазами.

Артподготовки не будет? Атака по-тихому? Слышны шаги, Иван вскакивает.