– Ну вы, ребята, даете! – возмущается Проза. – Где вы раньше были? Мы уже штук семьдесят поставили в разные подразделения, одна ветошь осталась.
– Нам для раненых, – мямлит медик артполка.
– Поищем, конечно, – обещает Проза.
– Тогда можно и нам в госпиталь? – просит Купол. – Один!
– Вам тоже уазиков не досталось?
И медик, и Купол отрицательно качают головами.
– Скромные все, аж противно!
Из госпиталя Прозу везет «медичка» – бывшая скорая. Водитель, невысокий, с черными как смоль волосами, не знает, кто такой Проза, смущается, принимает его за начальство. Едут молча. Проза ощущает себя одиноким. Все, к кому он ехал, герои его первой книжки…
Хотел поделиться… подписать… Автограф…
Они же в тексте себя находили!
Стерлись. Дурацкий глагол. «Двухсотые» и «трехсотые».
Проза теребит смартфон, но слезы мешают читать сообщения Тёмы.
– Можно у магаза остановиться? – неуверенно просит водитель.
– Конечно. – Прозе не хочется разговаривать, но зачем же смущать человека? – Я не начальство, я – писатель. Книжку про десантников написал.
– Ух ты!
Начинается необязательный разговор – из тех, что порядком поднадоели Прозе, и он прерывает рассуждения водителя о великой русской литературе вопросом:
– А вы давно тут?
– С самого начала. С Киева.
– И где тяжелее всего воевалось?
– Под Херсоном. – Водитель всматривается в дорогу. – По пять-шесть раз в день через Каховский мост мотались с ранеными и обратно… под «хаймерсами», средь бела дня. Тогда страшно было. Раз еду, возвращаюсь пустой. Я только тяжелых отвез. А навстречу наш КамАЗ с легкими «трехсотыми». Там еще изгиб такой был…
– Да, я помню, они по нему целились все время.
– Вы там тоже были? – Водитель поворачивает голову к собеседнику.
– Был… И тоже по этой дороге ездил, пока легковые пускали.
– Да. Потом перестали пускать, оставили мост только для раненых.
– Остальных паромом, да.
Водитель молчит, вспоминает что-то свое, потом продолжает рассказ:
– И вот встретились мы у этого места как раз, ладошками друг другу помахали, там сложно разъехаться было. Но разъехались, и только метров двести я отъехал, аккурат по тому месту, где мы встретились, прилет «химеры». Словно они специально старались подловить две машины на мосту.
– Ага, однажды по машине СОБРа попали, полный кузов народу. Помню тот случай.
– И вот чему меня тогда война научила: искать золотую середину, держаться ее. Чуть быстрее или чуть опоздай я тогда – и привет. Одинаково смерть!
– Это, кажется, наш КамАЗ, тормозните, пожалуйста!
Старший машины – Турист. Все разведчики – на задаче, а сторожившего тыловое расположение роты Туриста послали на лесопилку за материалами для часовни: доски, мебельные щиты – все, что сумеют добыть.
Проза сидит посередине, справа Турист, он успел связаться с женой и теперь рассматривает фотографии из дома на смартфоне.
КамАЗ трясет – читать новости, только что скачанные у магазина, где была зона Wi-Fi, невозможно.
Салон в идеальном состоянии, блестит свежей краской, все чистое, словно водитель только что на мойке побывал.
– Как? – удивляется Проза.
– Машину надо любить, – усмехается водитель.
Ему под сорок, черный «ежик» на голове лишь слегка тронут сединой на висках.
– В ноябре возил по лесу лес на КамАЗе. Чахотка-а-а-а! Вторая передача – и все! Кряхтел весь, пердел и скрипел. Потом в ремроте ему аппаратуру раскомпьютерили, и поехал! Этот – новый! Нет, не буду врать, хороший образец. А вот «Урал» новый получал недавно, тот весь развинченный. Такое чувство, что на заводе ключей нет. А здесь я все поправил, все подтянул, отрегулировал.
– А разница с водителями-контрактниками есть?
– Они ни хрена не умеют, не знают. А у нас опыт, стаж, на разной технике на гражданке накатался. А он в КамАЗ садится и по рулевой колонке кулаком бьет. «Зачем?» – спрашиваю. ГУР барахлит, отвечает. Этот «чайник» даже не знает, что гидроусилитель у КамАЗа не там! Он на «Урале» до этого ездил.
На лесопилке Проза остается в кабине, чтобы почитать наконец новости без тряски. Но водитель и разведчик быстро возвращаются.
– Едем за этим мужиком, он покажет, где лесоматериалы дешевле. – Турист указывает на фиолетовую «Ладу»-«четверку».
КамАЗ трогается.
– И вообще, – добавляет разведчик, – он посоветовал к администрации обратиться, они могут нам лес бесплатно выделить. Квота какая-то есть.
– Ну да. А то вы к лету совсем лес «съедите», – замечает Проза.
– В смысле?
– Надо выделять районы заготовки дров. А то бойцы – люди простые, далеко ходить не будут, скоро вокруг расположения одни пустоши останутся. И привет маскировке.
– Согласен, надо поднять вопрос.
Проза обращается к водителю:
– Скоро стемнеет, а у нас ни навигатора, ни Яндекса, ни карт бумажных. Едем непонятно куда. Как возвращаться планируете?
– А я дорогу запоминаю! – со спокойной гордостью отвечает водитель.
– Когда книжку подарите? – напоминает Прозе Турист.
– Сейчас приедем – сразу подарю.
