«Дай мне, Господи, утешать, а не ждать утешения» (из молитвы Франциска Ассийского).
23.04.2003г. Скадовск.
Х Р И С Т О С В О С К Р Е С Е !
Слава Богу, и до этой Пасхи дожили.
«Бог в помощь вам, друзья мои, и в бурях, и в житейском горе,
В краю чужом, пустынном море и в мрачных пропастях земли».
А это уважаемый А.С. Пушкин «слизал» из литургии св. Василия Великого: «Помяни, Господи, иже в пустынях… и пропастях земных».
«Христианство – это религия историков» (папа Лев III, кажется). По душе мне эти слова. Но под словом «историк» тут подразумевается не тот, кто изучает что-то из прошлого человеков, а тот, кто пытается вникнуть в историю ВЕЧНОСТИ, если можно объединить эти слова. Вечность не нуждается в хронологии. А ещё историки пекутся о спасении в главном отрывке от Творения мира до КОНЦА ИСТОРИИ – своей жизни. Такая история – УЧИТЕЛЬ ЖИЗНИ. Стоит ли вообще что-то изучать, кроме своего сердца? Стоит ли заводить архивы, трястись над своими рукописями? Нет.
«Прости нас, нерпа», – говорят чукчи животному перед тем, как съесть у него печень.
«Привет, мартыны!», – кричу я чайкам каждое утро. Дочь вышивает. Бог дал мне прекрасную девочку. Молится, причащается. Дом я обставил домашними цветами. «Ты воду пьёшь!?», – ругала меня мама, когда я забавал поливать наши домашние цветы. За окном, на старой вишни у меня синички поселились.
«Батюшка, у Вас такой красивый домик, как у пчелы Майи!», – с восторгом говорит мне 4-летний мальчик. Вот он – мой дом «из раковин жемчужных» на «берегу моря янтарно-золотом».
Дом хорош, когда в нём молитва и родненький человечек рядом. Прихожане угостили котлетами из креветок. Никогда такое не пробовал.
«Куда я иду? За чайками. Куда я иду? Следую за детьми. Куда я иду? Следую за их улыбками.
Есть ли ответ на их милых лицах, который мне скажет: зачем я живу, зачем умираю?
Следуй за светом, что светит в глазах влюблённых» (из оперы «Волосы» – «HAIR»).
Давно у меня не было такого душевного подъёма, радости творчества и учёбы. Молюсь вместе с соловьями в лесу, вместе с чайками на берегу моря. Слушаю мелодии детства и юности: «Дом восходящего солнца» («Энималз», 1964г.) и «Ветер перемен» («Скорпионс», 1996г.).
«Прииди, РАДОСТЬ ВЕЧНАЯ» (из молитвы преп. Симеона Нового Богослова).
«МАРАНАФА» – «Господь идёт» (арам.). Это слова из книги «Дидахэ» кон. I века.
30.05.2003г. Скадовск.
На Своё Вознесение Господь сделал мне подарок: прошли к острову на яхте. Немного штормило, но что это для морского волка Варсонофия, дважды пережившего шторм у мыса Тарханкут. Погонял немного с аквалангом чёрного ската на дне. Поговорил с другом чайкой-мартыном. Он мне на прожорливость бакланов пожаловался: рыбы на них не напасёшься. А потом… Я никогда не видел столько дельфинов сразу! Их было с пол сотни. Фыркая, шли за кефалью в метре от борта.
На острове пил вкуснейшую воду из источника и снова задумался: не сделать ли тут скит безмолвников? (* менее чем через 6 лет скит будет основан на острове, 2021г.). Креветок, крабов, мидий, устриц, рапанов полно.
Прихожане принесли мне вареников с клубникой. Передвигаюсь на велосипеде. За последние пол года намотал на своём двухколёсном друге, как за всю прошлую жизнь. «Сядешь и просто нажимаешь на педаль» (из песни 60-х).
ЧУДО НА НИКОЛАЕВСКОМ КЛАДБИЩЕ!!! В мае прошлого года был я на 20-летии нашего выпуска из истфака в Николаеве. Там встретил я прекрасного педагога, который у меня историю СССР читал, Ивана Семёновича. Недавно он мне приснился: я будто на арене цирка или в середине амфитиатра, а наверху много-много движущихся куда-то людей, среди которых я и его увидел. Он усердно махал мне рукой. На следующее утро я узнал, что он умер, но не знал, можно ли его поминать, коммуниста, парторга факультета. Крещён ли он?
В эту Троицкую Субботу я поехал на кладбище помянуть родителей на их могилах. Хорошо зная дорогу, я почему-то не там повернул. Кладбище огромное! Можно теперь и 5 Николаевых на нём разместить. Я шёл, не обращая внимание на помпезные памятники, но вдруг остановился, посмотрел направо. Скромный, деревянный крест и надпись «И.С. Павлик. 1929-2003». Меня сюда явно Господь привёл. Одел епитрахиль и отслужил по р.Б. Иоанну панихиду.
Прихожане Владимировки и Лазурного просят меня вернуться назад из-за нынешних тамошних настоятелей: «В саму Церковь, в среду духовенства будут засланы тысячи и тысячи разрушителей Православия. При кажущимся их благочестии, дух у них другой, чужой, и народ покинет их храмы. Будут стоять восстановленные и построенные, но пустые», – пишет 100-летний старец Антоний. Во Владимировке – негодяй «монах», который решил поджениться на замужней женщине. В Лазурном – сребролюбивый прелестник под маской аскетизма. Но не разрушаю ли я Православие? Я – монах по постригу, но не по деланию!
