Молли зажмурилась крепко-крепко, отвернулась, вдавила сжавшиеся кулачки в глаза. Нет-нет-нет-нет-нет-нет-нет, она ничего, ничегошеньки не видит!!!
Однако ещё миг спустя Молли вдруг обдало горячей волной, словно рядом отодвинули печную заслонку. Она знала, она поняла в тот же миг, что рядом ожила магия, могучая и первобытная, магия, пришедшая из времён, когда люди ещё могли говорить со зверями.
– Тебе нет нужды закрывать себя, – раздался совсем рядом насмешливый голос Таньши. Фразу она составила не шибко правильно, и Молли уже подумывала указать ей на это, просто чтобы сбить чуток с верволки спесь, но вовремя одумалась. – Открывай, открывай глаза!
Из облака плотного тумана прямо на них выходил здоровенный медведь. Ступал бесшумно, аккуратно, с грацией, какую никто бы не заподозрил в таком страшилище, хоть и не столь крупном, как Седая.
– Сейчас оседлаем его для тебя, – сказала Волка, наслаждаясь эффектом и ощериваясь в не слишком приятной улыбке, весьма напоминавшей волчий оскал. Молли могла только догадываться, что пересказала Предслава им потом из их безмолвной беседы.
– Оседлаем? Как оседлаем?
– Так и оседлаем. Ты верхами-то ездила?
Молли поспешно кивнула.
– Значит, и тут удержишься. Ноги на одну сторону свесишь. Прошлый раз тебя брат словом у себя на загривке удерживал, так далеко не убежишь, а нынче мы его взнуздаем, точно лошадь.
Молли призадумалась – дом Предславы казался отстоящим очень, очень далеко от места боя.
– После того как мы тебя вытащили, ты упала в обморок, – насмешливо сказала вервольфа. – Сняли со спины, надели на братца упряжь, привязали тебя ему обратно. Так и добрались. Ну, не стой столбом! Помогай.
Правда, толку от Моллиной помощи было мало. Ремни путались у неё в руках, пряжки выскакивали из мёрзнущих пальцев. Медведь стоял смирно, только глядел насмешливо.
Таньша аккуратно собрала одежду брата, уложила в сумку подле седла.
– Теперь моя очередь. – Она решительно дёрнула пояс, сбросила кожушок.
Молли поспешно отвернулась.
– Вот странная, – раздался голос Волки. – Что ж тут такого? Так, ты теперь и уши зажимаешь. Неженка, одно слово.
Молли, покраснев, дождалась второго жаркого толчка и приоткрыла один глаз. Очертания Таньшиной фигуры подёрнулись дымкой, растаяли в тумане; вервольфу скрыла плотная мгла, а миг спустя, разрывая её, на волю вырвался могучий белогривый волк.
Молли только и смогла, что вздохнуть в восхищении. Да, магия реальна – в этом, впрочем, не сомневались и в Норд-Йорке. И да, её можно подчинить себе. Не дать ей сжечь себя, превозмочь, поставить под свою руку. Надо только научиться, и странные Rooskies предлагают ей это.
Ей, подданной Её Величества королевы! Склоняют к измене – глупцы! Никто из выросших в Королевстве не перейдёт никогда на сторону варваров. Потому что Королевство всё равно побеждает, оно всегда побеждает. Просто иногда для этого требуется чуть больше времени, да и только.
Она поспешно оборвала опасные мысли. Если эта, как её, Предслава, Седая, могла говорить с ней внутри её, Молли, головы, так, наверное, сможет прочитать и что она думает.
Зимний день разлился вокруг, тихий и солнечный. Снег, который в Норд-Йорке был, как правило, грязно-серым, здесь лежал во всей первозданной красе, пушистый, нетронутый, словно драгоценный ковёр. Дом Предславы, стоявший на южном склоне Карн Дреда, смотрел окнами на полдень, туда, где у горизонта поднимались многочисленные дымы.
Брат и сестра Rooskies ничего не сказали Молли, даже не покосились в сторону дымов, однако она чувствовала, ощущала, как сочится сквозь звериные глаза их ненависть. Она сжалась, поспешно отвернулась – лучше смотреть на прекрасные горные вершины, на карабкающиеся вверх по склонам сосны и ели, на их блистающий зимний наряд, чем на эти дымы!
Медведь подступил к ней ближе, выразительно мотнул головой с надетой на неё упряжью – мол, хватит время терять.
– Сейчас, сейчас, я только… позову кошку, – робея, проговорила Молли. – Ди! Диана! Кис-кис-кис…
Важно ступая и напушив хвост, из дома появилась сама четвероногая спутница мисс Блэкуотер. Молли даже удивилась: едва ли кошке приятно было выбираться на холод из уютного и тёплого дома, где можно было вдоволь ловить мышей.
Однако вот выбралась…
Диана подошла к Молли, окинула надменным кошачьим взглядом, коротко мяукнула, упёрлась передними лапками ей в бедро, встав на задние. Мол, чего мешкаешь?
Молли поспешно подхватила кошку, пристраивая её за пазухой, и та как-то сразу уютно устроилась там, свернувшись невероятным клубком и уменьшившись словно бы вдвое.
Медведь взглянул нетерпеливо: ну, теперь-то можно двигаться?
– Всё-всё-всё, я уже…
Вся дрожа, Молли забралась в седло. Устроилась боком, как и говорила верволка. Медведь-Всеслав обернулся, посмотрел усмешливо, словно предупреждая: ну, а теперь держись.
– И-и-и-и-и-и!!!.. – это было всё, что смогла выдохнуть Молли, потому что и медведь, и волк, сорвавшись с места, помчались прямо через лес с такой быстрой, что дух захватывало.
