Пересилили-таки братья мои всесильного этого, таперича магии лишенного. Тальраир ему крепко руки-ноги веревкой скрутил, из-за пазухи вынутой. Еще и рот заткнули для порядка, хотя я во время схватки не заметила, чтобы король кричал. Вдвоем с Эртеном подхватили властителя и впихнули за решетку, на лавку бросили, а после диор магией своей обратно прутья вернул.
Победили они, а я все стою и думаю, чего это король на помощь не звал? Может выкрикивал что, да я просто не углядела? А тут вдруг взгляд королевский поймала и усмешку в нем. Не над собой ли таким непобедимым смеется или все же над нами? Только задуматься хотела, как заботливые мои подскочили, раскрутили во все стороны, чуть не каждую косточку ощупали, убеждаясь, что жива и невредима.
— Хоть пальцем прикоснулся? — диор спросил, и огонь такой в глазах, что ни дать ни взять один пепел от властителя останется, если коснулся. Только чего мне сказать? Что не помню вовсе?
— Пальцем не касался, — молвила, хотела добавить «Губами только», да не решилась. Путники ж мои разом будто выдохнули, на лицах усталость и облегчение отразились. Не буду говорить пока, сперва у злыдня этого вызнаю, после хоть пойму, о чем поведать.
— В кабинете ловушка поджидала магическая, — то Тальраир вещать начал, — такой силы оказалась, что мы оба не справились, попались в нее и после не помним, что было. Очнулись только сейчас.
— Он Тинара вылечил, — я на короля, на лавке развалившегося, указала, а после в сторону воина махнула.
Глаза у эльфа с диором стали шире диска солнечного. Шагнули слаженно к воину, склонились, оглядывая внимательно.
— Жив ли он? — со страхом спросила.
Диор вроде как кивнул.
— Этот хлядень вылечил сперва, а потом в кровать впечатал, так что у нее ножка подломилась. Не ведомо, осталась ли хоть одна косточка целой. А еще в опочивальне королевской шар есть зеркальный, в нем берег озера отражается, все видно, что там происходит. И кажется, будто внутрь шагнуть можно.
— Портал? — диор взглядом в лицо мое впился.
— Не видела прежде порталов, — пожала плечами в ответ.
— Выяснить нужно, Эртен, прямо сейчас.
— Мирка с нами пойдет! Если портал, то активируем немедленно, пока охрана короля не хватилась.
— А если при активации ловушка сработает, и Мира тоже в нее попадет? Сперва выясним, безопасно ли, а после переноситься будем.
— Верно Тальраир говорит, — я поддержала, — а я здесь за королем пригляжу, чтобы сигнал не подал. Волкодлак его укусил, так что силы теперь нет. Заодно за Тинаром присмотрю, помощь ему окажу, какую смогу, а вы скорее возвращайтесь, уж времени немало потеряно.
Видела ясно, что Эртен оставлять меня не хочет, а Тальраир хоть и сомневается, но настроен быстрее в королевскую опочивальню бежать. Тогда эльф достал из-за пазухи еще одну веревку и мне протянул.
— Вот, Мира, если что, сможешь его связать. Из волокон растительных выплетена и воле твоей послушна будет. Поспешим, Эртен.
Диор молча взгляд на меня кинул, а после ближе подошел, стал вокруг моей шеи руками водить, пока не выткал нити синие, между собою связанные. Легли они на грудь, точно ожерелье невесомое.
— Защита дополнительная, — мне пояснил. После оба на короля глянули, а тот лежит себе связанный, не шевелится.
— Стой, Эртен, — позвала на полпути к двери, — защита эта твою силу тянуть будет, ведь и так угасает.
Мотнул головой и пошел упрямо дальше. После в коридор дверь отворил, и выскользнули оба из спальни, а я с королем и воином осталась.
Глава 14. Разговоры вести, не лапти плести
Взяла я веревку эльфийскую поудобнее, а она словно живая в руках и повинуется мне будто стебельки и веточки в лесу. Натравишь такую на человека, недоброе задумавшего, и кинется настоящей змеей. Хороша веревочка, не простая совсем. Не зря Тальраир ее оставил. В чарах эльфийских король, видать, не смыслит. Не смог же корзинку открыть, принесли-то ее в комнату запечатанной. И придушить такой веревочкой ничего не стоит, даже шибко силы прилагать не нужно, пальчиками токмо пошевелить. Как еще интересно синие нити действуют?
Взглянула искоса на короля, лежит. Веревка по воле моей вокруг руки обмоталась, ни дать, ни взять, змеюка истинная, а сама я к Тинару метнулась. Вот уж кому худо пришлось бедному, все члены на теле обласканы, места живого не осталось.
Присела рядышком с ним, сперва сердце послушала, потом давай как матушка учила, переломы в теле искать. Коли где хрустнула косточка, то надо ее в лубок и не тревожить, так быстрее зарастет. Щупала, щупала, а ничего не нащупала. Ушибов, тех сколько хош, выбирай по размеру иль по цвету. Шишек, ссадин, царапин — тех еще больше. А вот, чтобы косточка где сместилась, с привычного места в сторону ушла, такого не отыскала вовсе.
Ух! Дух перевела, отлегло от сердца. Прислонилась устало к кровати, снова на короля глянула да подорвалась на ноги. Веревка на руке, точно живая шевельнулась, токмо что не зашипела.
Сидит злодеюка, к стене привалился, что руки, ноги связаны и бровью не ведет, с интересом посматривает, чего я тут с воином делаю.
