– Дурак ты, – откликнулись сзади. – Лору можно повесить только за Ховарда Уэста, но тогда всплывет сумка с кладом. Короче говоря, умник, если ты даже узнаешь, где правда, то лучше помолчи.
Мэр Эндрю Грей тоже думал о Лоре Уайт.
«Лора не будет молчать, – уже не сомневался старик-мэр, вспоминая ее последний взгляд. – Теперь, чтобы как следует позабавиться и отомстить, она расскажет обо мне все, и припомнит всех покойников. Конечно, у старой стервы нет никаких доказательств, но ее слова будут действовать на людей как залежалый змеиный яд: может быть и не быстро, но верно. Господи, за что?! Гадюка тихо лежала в своей норе, но вдруг выползла наружу и принялась жалить всех подряд…»
Поразмыслив, Эндрю Грей пришел к выводу, что во всем виноваты деньги. Но золото оживило сердце не только Лоры Уайт. Оно оживило и горожан Форт-Стоктона, которые, потихоньку проклиная Лору, уже с недоверием посматривали и друг на друга.
13.
Алан Спенсер сидел за столом и с помощью патронов выкладывал сложную, похожую то ли на ежа, то ли на дикобраза, фигурку. Майкл спал на кровати у окна. Он ровно и громко храпел. Уэст раскачивался на стуле, положив ноги на стол.
– Они поверили нам, Алан, – сказал Уэст. – Скоро мы сможем уйти отсюда.
Алан, не поднимая глаз, кивнул. Уэст какое-то время рассматривал фигурку из патронов. У него были пустой взгляд, словно он высматривал пока невидимую цель.
Майкл вскрикнул что-то нечленораздельное сквозь сон и перестал храпеть.
Алан взглянул в сторону брата и окликнул его:
– Майкл.
Майкл тяжело заворочался и через пару секунд снова захрапел.
– Не волнуйся, он дышит, – улыбнулся Уэст. – Кстати, Алан, как ты, надеюсь, понимаешь, нам нужно заплатить за услуги Сьюзи.
– Сколько?
– Четыре тысячи хватит. Еще я заберу свои десять, которые подарил этим дуракам из Форт-Стоктона, и тогда у нас останется тридцать шесть, то есть по двенадцать тысяч каждому.
– А откуда взялись те десять тысяч в Змеином ущелье, Ховард?
– Моя старая заначка на черный день. Иногда такие деньги спасают жизнь. Я вот помню однажды в Сан-Себастьяне, лет пять назад… – начал Уэсли.
В комнату вошла Сьюзи Ллойд.
Ховард оборвал свой рассказ и спросил:
– Как там Лора?
– Напилась и спит. У нее что-то с нервами, – Сьюзи немного подумала и, словно сожалея о чем-то и покачала головой: – Никогда не видела ее такой раньше такой злой.
Уэсли белозубо улыбнулся:
– И поэтому тебе пришлось накачать ее спиртным?
– У меня нет другого лекарства, – Сьюзи села на стул рядом с Уэсли и игриво обняла его за шею. – Тебе не скучно, дорогой?
– А ты также ненасытна, моя милая? – Уэсли отстранился от женщины. – Вопрос не кстати, почему злится Лора?
– Она сказала, что две тысячи за ее работу – слишком мало.
Уэсли расхохотался:
– Какую работу? Твоя подруга что, сошла с ума? Съездить в Форт-Стоктон и посетить с кучей ребят в Змеиное ущелье это не работа, а прогулка.
– Я согласна, но Лора вернулась очень расстроенной.
– Тут причина злости не в двух тысячах. Интересно, что Лора стала бормотать себе под нос после пятого стаканчика виски? – усмехнулся Уэст.
– Ну-у-у, я не знаю… – протянула Сьюзи. – Точнее, я не совсем поняла. Кажется, это очень давнее дело, в котором замешан мэр Стоктона. У Лоры довольно тяжелый характер и она не умеет забывать обиды.
Лора взяла один патрон из кучи на столе и приложила его к фигурке, которую выкладывал Алан.
– Это длинный хвост твоего ежика, – пояснила она.
Уэст встал.
– Ладно, вы тут веселитесь, а я пойду, посмотрю, что происходит вокруг, а заодно подышу свежим воздухом.
– Не выходи на улицу! – крикнула ему в спину Сьюзи. – Тебя могут узнать.
Уэст ничего не сказал и громко хлопнул дверью.
– Он на чердак пошел, – усмехаясь, пояснил Сьюзи Алан. – Ховард даже кресло туда утащил. Сидит, курит и смотрит на дорогу.
– Там же пыльно, – Сьюзи ответила на мужскую ухмылку мягкой, почти добродетельной улыбкой.
– А еще холодно, – согласился Алан. – Но, Уэст называет эту дымовую и пыльную смесь «свежим воздухом».
… Через полчаса, когда обнаженная Сьюзи лежала в кровати рядом с Аланом и бездумно рассматривала потолок, она вдруг сказала:
– У меня нехорошее предчувствие, Алан. Странно, но весь день мне кого-то жаль: то приблудную кошку с двумя котятами, то спящего посреди улицы пьяницу, то бедняжку Лору.
Алан протянул руку к женскому лицу и осторожно погладил его.
– Ты плакала сегодня? – удивился он.
– Да… – Сьюзи растеряно улыбнулась. – Странный день! Я ничего не боюсь, но знаю, что скоро случится что-то нехорошее… То есть… Не так… Случится что-то большое, понимаешь?
– Нет, – честно признался Алан. – Но случится все-таки плохое или хорошее?
Сьюзи думала целую минуту.
– У некоторых вещей нет цены, – наконец сказала она.
– Например?
– Ну, например, если я уйду со двора, сколько будет стоить моя тень, которая останется на этом дворе?
14.
