- Надо же, а я и не знал, что здесь ничье помещение имеется. Думал, склад здесь. Вот черт! В этом определенно что-то есть, - задумчиво пробормотал он, почесывая лысину. Взгляд его жадно скользил по периметру необъятного, как он сам, подвала, и он уже, видать, прикидывал открывающиеся перспективы.
- Слушай, Василий, ты выведи нас отсюда, - осторожно подал голос Пол. А то как бы мы тебе не навредили. Когда все кончится, я вернусь и мы поговорим насчет квартиры в Нью-Йорке. 0'кей?
- Что? А, ну да, - Вася вернулся на грешную землю. - Заходите в квартиру, сейчас разберемся.
В дверь к тому времени уже перестали звонить, и Клавдия, оказавшаяся очень симпатичной женщиной лет сорока, стояла у двери спальни, засыпанной штукатуркой и заваленной обломками кирпичей, и, сложив руки на груди, критически осматривала нас. Мы вошли в спальню и осмотрели разрушения. Вася поработал на совесть. Хорошо, что мебель здесь была старая и состояла только из деревянной кровати и двух стульев, а то бы ущерб был в два раза больше. Стена, выложенная когда-то толщиной в полкирпича, зияла огромной дырой в том месте, где была дверь. Рядом на куче кирпичей валялась запыленная кувалда. Войдя за нами, Василий спросил у жены:
- Ну что там с ментами?
- А чего с ментами? Уехали. Пообещали сверить номер телефона и, если выяснится, что это все-таки мы звонили, оштрафовать. Дурак ты у меня, Вася. Дурак, - она горестно покачала головой. - И зачем только я с тобой связалась...
- Не нуди, - оборвал он ее и повернулся к нам, сиротливо прижавшимся к стене у пролома. - Идемте на кухню, там все расскажете.
Мужчина был таким здоровым и сильным, что мы как-то сразу поняли, что любые возражения с нашей стороны немедленно повлекут за собой нанесение телесных повреждений с его. Поэтому покорно проследовали за ним на мизерную кухоньку и уселись за стол.
- Ну кто за вами гонится? - Он сел на стул, и тот жалобно затрещал под его весом.
- Я не могу сейчас ничего говорить, - начал Пол. - Все потом. Скажу только, что они из ФСБ. Но на самом деле они бандиты - это проверено. Думаю, что с минуты на минуту они узнают, что мы здесь, и тогда нам всем будет плохо. Поэтому нам лучше побыстрее убраться отсюда. Для вашей же безопасности.
- А что они мне могут сделать? - хмыкнул Василий, выставляя из шкафа на стол шкалик водки и граненые стаканы. - У меня входная дверь бронированная пусть ломятся.
- У нас в офисе тоже была бронированная, - робко вставила я, - так они ее пластиковой взрывчаткой вышибли...
- Это на Сретенке, что ли? - удивленно спросил он. - Там вчера вечером, говорят, кого-то подорвали.
- Ну да! - радостно закивала я. - Это в нашем офисе! А теперь вот нас сюда привезли, и мы еле сбежали.
Мы сидели как на иголках, а Вася неторопливо разлил водку по стаканам, пододвинул их к нам, один протянул жене, другой взял сам и не терпящим возражения тоном проговорил:
- Пьем до дна. За Америку!
Мы выпили. На голодный желудок полстакана водки пролилось уксусной кислотой, и я сразу закашлялась. Пол каким-то чудом даже не поморщился. \
- Значит, сколько, говоришь, метров? - икнув, спросил Вася, закуривая "Приму".
- Каких метров? - опешил Пол.
- Ну квартирка твоя в Нью-Йорке? - Мужик уперся в американца бычьими глазами.
- Не знаю, не измерял, - виновато пробормотал тот. - Но больше, чем здесь. Обычная квартира, без роскошеств, две спальни с ванными комнатами, гостиная, столовая, на втором этаже рабочий кабинет и офис...
- Слыхала, Клавдия? - Вася повернулся к жене. - В двух этажах проживать будем.
- Кончай дурить. - Она поставила пустой стакан на стол и взяла из мужниной пачки сигарету. - Иди спать, а то на работу не встанешь. Отпусти людей. Пусть идут уже, коль освободил. А то еще и вправду нашу дверь подорвут.
- Я им подорву, ядрена корень, - он сжал громадные кулачищи. - Душу вытрясу! Из всех! И из тебя, американец, если не дашь мне гарантии на квартиру. Будешь сидеть тут до скончания века, пока дарственную не подпишешь. Спальню заодно отремонтируешь, - он хмыкнул. - Правильно я говорю, Клавка?
- Не дури, я сказала. Чё людей зря пугаешь, они и так, смотри, трясутся все. На девке вон лица нет. И американец твой раненый, много не наработает.
- Не спорьте, я на все согласен, - спокойно проговорил Пол. - Оставлю вам свои документы. Потом, когда все успокоится, вернусь за ними, и мы решим все формальности. Договорились? - Он вытащил из кармана пиджака бумажник и положил его на стол. - Вот, возьмите. Только побыстрее выпустите нас, а то и вы пострадаете.
- А по мне, так лучше здесь пересидеть, - шепнула я ему на ухо, пока Василий рассматривал содержимое бумажника. - Индус сейчас наверняка со своими псами вокруг дома рыщет. Небось знают, что выйти оттуда нельзя. Нужно Родиону позвонить и сообщить, где мы находимся.
- Ты же слышала, что ему телефон отрезали, - прошептал в ответ Пол. - И потом, я не хочу еще кого-то подставлять. Хватит с меня и вас...
- Так, говоришь, как тебя зовут? - пробасил Вася, окидывая Пола пьяным подозрительным взглядом. - Кейси?
- Кейди, - вежливо поправил Пол.
