- Что? - в трубке послышался ехидный мужской смех. - Господина Комова, ха-ха! Да вы там в своем уме? Или спятили с перепугу? Ха-ха!
- Кто говорит? - ледяным тоном спросила я.
- Дед Пихто! Заткнись и слушай.
- Кто говорит? - повторила я, догадавшись, что это те самые шантажисты.
- А ты еще кто такая, а? - в голосе послышалось удивление.
- Я - новая секретарша. Кто говорит?
- Кто-о?! Новая секретарша? Ни хрена себе! - Тут я услышала, как он, закрыв трубку, стал что-то быстро говорить. Доносились неразборчивые, приглушенные голоса, кто-то с кем-то спорил. Потом мой собеседник поднес трубку ко рту и как-то не очень уверенно спросил: - И давно ты у него работаешь?
- С сегодняшнего дня, - охотно пояснила я и добавила свое излюбленное: - А кто это говорит?
- И где он тебя надыбал? - гнул свое бандит. - По объявлению, что ль?
- Еще чего не хватало - по объявлению, - презрительно выдала я. - Я его давняя подруга, между прочим. Кто говорит?
-Подруга, говоришь... - задумался бандюга. - Это уже становится интересным.
Я испугалась, не сболтнула ли что лишнее, и уже хотела сказать, что пошутила, но он опередил меня:
- Скажи этому педику, чтобы сегодня к вечеру готовил бабки.
- Педику? Вы ошибаетесь, дорогой. У него совершенно нормальная сексуальная ориентация...
- А тебе это откуда известно? - ехидно спросил он. - Все с тобой ясно, милашка. Короче, передай своему трахарю, что шутки кончились. Или мы грохнем Ольгу, или он отдаст наши бабки. Через полчаса я перезвоню и сообщу место.
Он бросил трубку, а я еще с минуту продолжала смотреть на нее, снедаемая мыслью, что натворила нечто непоправимое. Но долго раздумывать было некогда. Набрав номер босса, я выложила ему содержание беседы и получила указание уговорить клиента отдать шантажистам требуемую сумму. Мол, потом, когда мы их поймаем, деньги все равно к нему вернутся и все будут довольны и счастливы. В моем заявлении бандитам о старой интимной дружбе с президентом он не увидел ничего особенного, и я успокоилась. После этого зашла к Алексею.
Он сидел за огромным столом с компьютером, телефонами, факсом и кипой документов и задумчиво смотрел в окно, за которым уже начинало темнеть и накрапывал дождик. Круглое лицо его было бледным, сильно осунувшимся за последние часы, глаза поблекли, и даже костюм казался слегка помятым. Видать, ис-переживался бедняга.
- Ну? - Увидев меня, он встрепенулся, суетливо зализал остатки волос на лбу и кисло улыбнулся.
- Все нормально, - бодро доложила я. - Они звонили.
Губы его нервно дрогнули.
- И... что?
- Сказали, что еще перезвонят и скажут, куда нужно принести деньги.
- Какие деньги?! - заверещал он своим противным голосом, ударив кулачком по столу. - Я же сказал, никаких денег они не получат!
- А что это вы на меня кричите? - спокойно спросила я. - Вот встретитесь с ними сегодня вечером, тогда и будете кричать.
Он остолбенел.
- Зачем это я с ними буду встречаться? Не собираюсь я этого делать.
- А придется, - я уселась на стул и посмотрела ему в глаза. - Босс сказал, что вы должны для виду согласиться на их условия. Нужно собрать деньги и отвезти их, куда они скажут. Там мы их и поймаем.
- А вот это ты видела? - И он сосредоточенно начал скручивать свою неуклюжую фигу, намереваясь, очевидно, опять сунуть ее мне под нос. Так оно и произошло. - Вот вам, а не мои денежки!
Естественно, что терпеть подобное, да еще во второй раз, я была не намерена. Ловко ухватив его за кончик большого пальца с узким отполированным ногтем, я крутанула его по часовой стрелке. Что-то громко треснуло в суставе, и наш клиент взвыл. Отдернув руку, он начал дуть на нее и трясти, смешно повизгивая и подпрыгивая в кресле, а я с удовольствием улыбалась ему в лицо, уверенная, что дулю он больше никому показывать не будет. А то ишь, президент нашелся...
- Ты что, спятила?! - сумел он проговорить наконец. - Ты же палец мне сломала!!! Мы же договаривались!
- Не сломала, а только вывернула. Но в следующий раз обязательно сломаю. И прекратите истерику! Бандиты будут звонить через пятнадцать минут.
При упоминании о бандитах он сразу забыл про палец, успокоился, съежился, поправил галстук, вытянув худую шею, и твердо сказал:
- Нет. Денег я не дам.
- Послушайте, Алексей, - я встала и подошла к окну, повернувшись к нему спиной, ибо смотреть на этого типа уже не могла, - речь ведь уже идет не о ваших деньгах, а о человеческой жизни. Они сказали, что убьют Ольгу...
- Что? - его голос сорвался. - Так и сказали?
- Да, слово в слово. Так что выбора у вас нет. Он молчал. Я слышала, как он чем-то шуршит на столе, слышала его прерывистое дыхание и была уверена, что губы у него опять дрожат, а на лбу опять выступила испарина. Наверняка и руки у него тоже потные и сам он весь какой-то потный, липкий и противный. Интересно, какой женщиной нужно быть, чтобы полюбить такого ублюдка и лечь с ним в постель?
