Олег Николаевич Майер, бывший преподаватель русского языка в старших классах, а ныне безработный, сидел перед нами с залепленной пластырем бровью и, стыдливо уронив глаза, молчал. Шёл шестой час утра. Босс сидел за своим столом, зажав в зубах трубку, и что-то писал. Я полулежала в своём кресле сбоку и понуро разглядывала помятый профиль Олега. Валентина спала наверху и даже не догадывалась о том, что произошло этой ночью. Оказывается, в третьем часу босс спустился вниз посмотреть, сижу ли я ещё за компьютером или нет, и вместо меня нашёл записку. Зная мою способность вляпываться в неприятности, он тут же, не будя молодую супругу, оделся, взял свой именной пистолет, поймал такси и поехал во Владыкино. Подойдя к двери указанной квартиры, он услышал мой истошный крик и решил, что маньяк уже разделывает меня на гуляш. Недолго думая, он высадил дверь и, что-то крича, вбежал в квартиру, где его ждало страшное разочарование в виде голой секретарши с мечом. С трудом уговорив соседей не вызывать милицию, мы погрузили Олега в машину и доставили в офис, дабы по горячим следам получить объяснения. За полчаса он рассказал лишь о себе и о том, что вовсе не хотел отрубать мне голову, а просто решил запечатлеть себя с мечом на плёнку рядом с обнажённой красоткой – камера была включена. У него, видите ли, такой творческий подход, он от этого больше заводится. Других он с мётлами снимал или с китайскими вазами, а меня вот решил с мечом. Сказав все это, Олег надолго замолчал, и теперь мы ждали, когда же он соберётся с мыслями.
– Значит, как я понял, вы знакомитесь с женщинами в Интернете, потом заманиваете к себе под надуманными предлогами и склоняете к сексу, правильно? – Босс закончил писать и поднял глаза на Олега.
Тот вздрогнул и вдруг смело посмотрел на него.
– Никого я к сексу не склонял. Я их просто снимал на плёнку, якобы для пробы. Да они и не против были, сами с удовольствием раздевались. Потом я сообщал им в Интернете, что пробы неудачные. На этом все кончалось. Разве это уголовно наказуемо? И вообще, я тут прикинул: какое вы имеете право меня здесь держать? Подумаешь, частные детективы… Тьфу на вас!
И он действительно сплюнул себе под ноги. Мы с боссом переглянулись, он пожал плечами, я тоскливо вздохнула, а Олег с гневом продолжил:
– Вас самих нужно в тюрягу упечь за произвол, который вы учинили в моей квартире! Вломились, так ёкать, среди ночи, дверь, так ёкать, вышибли, лицо, понимаешь, разбили…
– И часто вы заманиваете таким образом к себе невинных девушек? – хмурясь сильнее обычного, перебил его Родион. – Между прочим, это уже уголовно наказуемо, если были несовершеннолетние.
– А кто вам сказал, что они были такими? – усмехнулся тот. – Они же молчат, заявления не пишут, значит, им понравилось…
– А это уже другой вопрос, почему они не пишут.
– Да, – вставила я, – может, их и в живых-то уже нет давно…
– Что?! – глаза Олега расширились. – Что вы несёте? Я никого и пальцем не тронул – спросите у кого угодно!
– Спросим, не волнуйтесь, – сказал босс, рассматривая удостоверение, которое мы нашли в кармане Майера. – Если не будете говорить здесь, то утром обязательно заговорите в участке. Зачем вам фальшивое удостоверение работника «Мосфильма»?
Тот вдруг смутился, опустил голову и тихо проговорил:
– Для того же самого…
– По-вашему, это хорошо – то, что вы делаете?
– А почему бы и нет? – пожал он плечами. – Я человек одинокий, внешность, сами видите, не ахти, женщины внимания не обращают, поэтому приходится вот так, обманом…
– И много их у вас там перебывало?
– Не очень… Я компьютер только недавно купил.
– И где они сейчас, все эти женщины? Можно поговорить хоть с одной?
– Зачем это вам?
– Хочу удостовериться, что все они живы.
– Господи, да вы что, помешались на этих убийствах? – простонал он. – Что я, маньяк какой-нибудь, что ли?
Босс вопросительно посмотрел на меня. Я отчаянно закивала, делая страшные глаза, но у босса было своё на уме.
– Этого мы не знаем, – уклончиво ответил он. – Докажите нам, что это не так, и убирайтесь к своей видеокамере. Кстати, я захватил из вашей квартиры пару видеокассет. Там есть и довольно молодые девушки. Особенно та, что сидит на метле.
– Ничего подобного, ей в тот день как раз восемнадцать исполнилось! – запротестовал продюсер. – И я не знаю, где они все живут. Я их в Интернете нахожу, они приезжают, а потом уезжают, и мы больше не встречаемся. Но уверяю вас, они все живы-здоровы. Я с ними в чатах иногда встречаюсь.
Покрутив в руках фальшивое удостоверение, босс бросил его на край стола и проворчал:
– Ладно, езжайте домой, пока вас не обокрали. Учтите, что мы знаем ваш адрес и в любой момент можем вызвать вас для дачи показаний. Мария, проводи товарища.
Окинув своего начальника негодующим взглядом, я поднялась и вышла вслед за Олегом. Надев плащ, он уже подошёл к выходу, но вдруг повернулся ко мне и спросил:
– Скажите, вы что, меня за маньяка приняли?
– Не ваше дело, – прошипела я.
– А почему вы уснули? – не унимался он.
– Убирайтесь!
– И все-таки вы очень красивая… Захлопнув за ним дверь, я ворвалась к боссу.
