В сборник включены произведения известных мастеров детективного жанра, пишущих на английском языке – П. Чейни «Женщины никогда не говорят когда», Б. Холлидея «За миллион или больше» и Л. Тома «Фрагмент». В каждом из этих произведений побеждает герой-одиночка, не служащий в государственной полиции, которая выступает на третьестепенных ролях, а зачастую даже подвергается осмеянию.
Чтобы попасть в отель «Звезда и полумесяц», находящийся в трехстах метрах от большой дороги, надо было пройти по маленькой дорожке, каждый поворот которой, как будто сулил неожиданные приключения…
А небольшой старый дом, похожий на замок, находился в конце очень тенистой аллеи с бордюром из рододендронов. Запущенный сад и парк создавали впечатление дикой природы, не лишенной, однако, красоты и таинственности.
Отель «Звезда и полумесяц» был мало известен, и это обстоятельство весьма радовало тех, кто находился под его кровом.
Миссис Меландер, владелица отеля, была приятной дамой, обладающей к тому же и некоторой фантазией. Бывали времена, когда отель был заполнен, но иногда в нем насчитывалось лишь два постояльца. В таких случаях миссис Меландер и две ее дочери – Сюзанна и Эмилия – составляли им компанию, если и не очень интересную, то во всяком, случае симпатичную.
В течение шести долгих часов без перерыва шел дождь. Огромные черные тучи покрывали небо в этот августовский вечер, больше похожий на ночь. Старая сова, обитательница соседнего дерева, жалобно кричала, как будто хотела внести свою долю в мрачную атмосферу вечера. Потоки воды лились с крыши, и маленький дворик отеля был совсем затоплен.
Нетвердой походкой Уедмир Николс подошел к стеклянной двери, ведущей на веранду. Он немного качался, и глаза его неестественно блестели. Он был «готов», и его заинтересовало, действительно ли он слышал крик совы.
Это был человек среднего роста, с широкими плечами и с животом, начавшим округляться. Он был из тех людей, которые всегда находят слишком тесным пояс своих брюк.
Он пошел по веранде, огибающей две стороны дома, и остановился у маленькой лестницы, спускающейся на лужок, за которым виднелся лес.
Сюзанна Меландер сидела на последней ступеньке лестницы, оперевшись подбородком на скрещенные руки. Она искоса посмотрела на Николса.
– Итак, – спросила она, – как дела?
Николс, прислонившись к окну, громко зевнул прежде чем ответить:
– У меня впечатление, беби, что вы влюблены в него!
– Допустим, – спокойно сказала она, пристально глядя на лес. – А что дальше?
– Что касается меня, – Ответил Николс, – я не вижу тому причины. Меня это просто удивляет! Что вы в нем все находите, хотел бы я знать!
Она улыбнулась:
– Тогда скажите, разве нет образчиков рода человеческого достаточно заметных, таких, как вы, например?
Николс икнул.
– Что вы мне приписываете? Я должен вам заметить, я такой парень, который стоит других. Я вспоминаю, как однажды, когда мне было шестнадцать лет, в Монктоне в Онтарио, одна старая дама, отличная гадалка, рассматривала линии моих рук. Она внимательно посмотрела на меня и сказала: «Вы знаете, что я прочитала на вашей руке?». Я ответил, что не знаю, и, чтобы узнать это, заплатил ей. Тогда она сказала: «Я вижу на вашей руке женщин!»
Он пошарил в кармане, достал сигарету и закурил.
– И что же, – насмешливо проговорила Сюзанна, – она оказалась права?
– Мне не нравится тон, которым вы говорите это, – ответил Николс – Вы, вероятно, думаете, что я не Казанова, но можете мне поверить, что у меня были чудесные минуты.
– Особенно прекрасными они были для вас!
– Так, так, девочка! Я понял. Вы здесь сидите, уткнувшись подбородком в руки, смотрите на лес и-мечтаете о том парне, что наверху! Все понятно. И все это потому, что он поцеловал вас вчера, когда вы выходили из кухни! Я скажу вам правду, беби! Если бы ему давали доллар каждый раз, как он целовал девушку, он мог бы уже сейчас купить все дела Рокфеллера и даже не заметил бы этой бреши в своем текущем счету.
Сюзанна прервала его:
– Мистер Николс, вы глубоко заблуждаетесь! Я только сказала себе, что Каллаган – парень, что надо! Против воли симпатизируешь ему.
– Это вы тоже заметили?
– Я могу попросить у вас сигарету?
Николс протянул ей пачку «Лаки Страйк», зажег спичку и сел рядом с нею на ступеньку.
– Вы знаете, – сказала она, – что телефон звонил весь вечер. Он прекратил звонить перед обедом и сразу же зазвонил после него.
– Почему никто не подошел к телефону?
– У нас только две девушки: у одной сегодня выходной день, а другая ушла проведать больную мать. В настоящий момент вы с мистером Каллаганом единственные постояльцы, и вы прекрасно знаете, кого вызывали. Я лично три раза подходила к телефону. Это мисс Томсон из бюро Каллагана. Она сказала, что ей совершенно необходимо поговорить с ним и что она очень сердита.
Николс сделал гримасу.
– Меня удивило бы обратное. Я вижу ее отсюда.
– Если я правильно поняла, мисс Томсон личная секретарша мистера Каллагана?
– Совершенно верно, красотка. Вы сразу попали в точку!
– Я представляю ее себе барышней в очках, очень чопорной и чрезмерно активной.
