Пастушонок - мальчик лет тринадцати - долго глядел с холма вниз. Прикрыв от солнца глаза ладонью, он всматривался, стараясь угадать, что происходит в деревне, расположенной в долине. Деревня была заполнена вооруженными людьми - конными и пешими. Он заметил небольшую группу всадников, выехавшую из деревни. Всадники поднимались на холм, прямо к нему. Впереди ехал рыцарь. Рядом с конем шел пожилой крестьянин в длинной белой рубахе и безрукавке; позади ехали двое латников. Рыцарь остановил коня около мальчика. - Доброго пути, пан рыцарь! - Мальчик снял с белокурой лохматой головы шапчонку и внимательно поглядел на крестьянина. И хотя он прекрасно знал своего односельчанина из Троцнова - дядю Иозефа, но что-то в лице крестьянина удержало его от приветствия. - Слушай, хлопче, - обратился к нему, словно впервые видя мальчика, дядя Иозеф, - как напрямки тут пройти к Волчьему оврагу? - К Волчьему оврагу? - переспросил мальчуган. - Так вам надо спуститься вон сюда с холма и ехать прямо к лесу вон за то дерево, что в стороне стоит, и там увидите тропку. По ней прямо к Волчьему оврагу и выйдете. Рыцарь, сидя на лошади, поглядывал то на мальчика, то на крестьянина и усмехался в усы. - Добро, едем, - прервал он разговор с пастушонком и, тронув коня, стал спускаться с холма. Мальчик быстро оглянулся на темно-зеленую стену леса и, еще раз взглянув на удалявшихся всадников, вытащил из-за пазухи большой красный платок, стал лицом к лесу и начал махать платком. В лесной тишине прозвучал меланхоличный крик кукушки. Кукушка прокуковала три раза. Из-за густого куста выскочил человек и, вскинув за плечи лук, бросился бегом в глубь леса. Всадники в это время уже приближались к лесу. Рыцарь вдруг засмеялся и, наклонившись к шедшему рядом крестьянину, слегка хлопнул его по спине: - Вижу, боитесь вы за вашего Яна. Но меня ты можешь не опасаться, я никакого вреда пану Яну принести не хочу. Он воюет с паном Индржихом Рожмберком, а не со мной. Мое дело - передать ему, что мне велено, от пана Рожмберка. Иозеф недоверчиво взглянул снизу вверх на рыцаря. Ему показалось, что в открытом, добродушном лице рыцаря нет лукавства. Но все же осторожность взяла верх, и он промычал что-то себе под нос вместо ответа. - Скажи мне, любезный, давно уже воюет пан Ян с паном Рожмберком? - Да почитай уже лет с пять будет. С чего оно все у них началось - сказать вам правду я не знаю. Толкуют, что пан Рожмберк хотел заграбастать у нашего пана Яна его дедину13 - деревушку нашу Троцнов и землю, а пан Ян не желал их отдавать, хотя замок его только так, по названию замок деревянный, маленький, с башенкой, и все. Но наш пан Ян уперся: не желаю становиться слугой пана Индржиха, и все тут. Вот и разгорелся у них спор. Как увидел пан Ян, что Рожмберк его силой выгнать порешил, отослал он в Прагу свою сестру к тетке, а дочку пана Яна приютил у себя его давнишний друг пан Соколек. Пан Ян собрал таких же, как он, обедневших рыцарей да земанов14, которых Рожмберки разорили, и начал нападать на замки и города панов Рожмберков. А пан рыцарь, наверно, знает, что Рожмберк в своем кулаке держит почитай весь Бехиньский и Прахенский края. Ну, как народ услыхал, что Ян из Троцнова объявил пану Рожмберку войну, - стали к нему идти все, кто от пана Индржиха обиду имел: и мужики разоренные, и бедняки из города, и шляхтичи, обедневшие по милости пана Индржиха. Вот и пошло дело. Что ни месяц, так ребята пана Яна то замок сожгут, то обоз захватят. Будеёвицкие же коншели стали на сторону Рожмберка. Тут начал воевать пан Ян и против города Будеёвице. А как захватил пан Ян со своими ребятами замок Словеницы да Новы Грады, пан Рожмберк двинул на него всю свою силу. Да ведь пана Яна не поймаешь - все мужики на его стороне: и прячут, и кормят, и одевают, а ежели что, так и об опасности предупредят, потому что он крепко за народ стоит и всем мужикам помогает чем может. - Я вижу, что вы его оберегаете! - заметил с усмешкой рыцарь. - Думаешь, я не заметил, как ты нарочно к мальчишке подошел и надоумил его, что мы едем к Волчьему оврагу. Ну да ладно, будь спокоен, хлап. - Он обернулся к латникам: - Оставайтесь здесь, трубите в рог и ждите меня. Если что случится со мной, скачите в Троцнов и доложите пану Рожмберку... А мы с тобой, дядя Иозеф, пойдем дальше, - обратился он к мужику. Они достигли небольшой поляны, окруженной густой чащей дубов и кустов. Рыцарь остановился: - Дальше я не пойду. Ты же иди к своему пану Яну и скажи ему, что рыцарь Вилем из Коуржима зовет его для переговоров по поручению пана Индржиха Рожмберка. Пусть рыцарь Ян из Троцнова поверит рыцарскому слову Вилема из Коуржима и придет на эту поляну тоже один для переговоров. Я буду ожидать его здесь. Иозеф пристально поглядел на рыцаря, который спрыгнул с коня и спокойно уселся на ствол лежащего дуба, и уже на ходу бросил: - Добро! Ждите, пан Вилем! - и быстро скрылся в чаще кустарника. Вилем, мурлыча про себя песню, снял шлем. Солнце припекало, и он с удовольствием подставил вспотевшую голову свежему лесному ветерку. Оглянувшись назад, он увидел внизу на склоне холма стоявших латников. Один из них изо всех сил трубил в рог, и протяжные звуки повторялись эхом в лесу. Минут через десять послышался треск сучьев и чьи-то быстрые шаги. Пан Вилем обернулся и увидел, что из чащи кустов вышел человек и направился к нему. Вилем поднялся и, держа в одной руке повод коня, пошел навстречу незнакомцу. Потом они остановились и, испытующе глядя друг на друга, несколько секунд молчали. Перед паном Вилемом стоял худой загорелый человек в одежде шляхтича. При среднем росте он выглядел атлетически сложенным и коренастым. В его лице было что-то такое, что сразу приковало к себе внимание пана Вилема. Вероятно, это был взгляд его глаз - серых, с выражением необычайной твердости, ума и решительности. На вид ему было не больше сорока лет.
