– Уверен. Здесь перепутаны два различных понятия – знания и мудрость. Естественно, чем больше узнаешь о мире, тем больше узнаешь о его недостатках. Это знание… А мудрость как раз заключается в том, чтобы увидеть равновесие между добром и злом и радоваться ему. Другими словами, мудрость не может быть печальной, иначе это не мудрость, а всего лишь многое знание… Извините, Ева, вы точно уверены, что мы едем в правильном направлении?
– По навигатору.
– Ладно, поверим ему, – кивнул я.
– Долго едем, – подтвердил Жора.
– И ты туда же… – огрызнулась Ева.
Что-то все-таки было не так. А что – я не мог понять. Как заноза в пальце – вот она, торчит, но никак не подцепишь ногтями…
Дорогу из Скальска я, конечно, проспал, но все-равно мы ехали уж слишком долго. Через некоторое время Ева сама забеспокоилась:
– Не пойму, что случилось? Туда-то долетели со свистом.
– Просвистели какой-нибудь поворот, – невозмутимо констатировал Толик.
– Но навигатор показывает…
– Навигатор – не автомат Калашникова, когда-нибудь да подведет.
– Карта в машине есть? – спросил я.
– Кто же сейчас карты возит? Прошлый век.
– Много вы знаете о прошлом веке… – проворчал я.
Скоро стало окончательно ясно, что мы заблудились. Нужно просить помощи у местного населения. К счастью, мы доехали до населенного пункта – два-три десятка неказистых домов неровно вытянулись вдоль щербатой ленты асфальта. Перед въездом, как положено, торчала табличка с названием, но расшифровать ее не смогли бы и археологи. Зато имелся в наличии колодезный сруб. Рядом топтался мужик в кепке, телогрейке на голое тело, линялых семейных трусах, свешивающихся на тощие колени, и кирзовых сапогах. Он задумчиво курил, заглядывая в колодец.
– Я сбегаю, спрошу дорогу, – вызвался Толик.
– Давай, Толя. – Ева остановила машину и заглушила двигатель. Устало потянулась, расправляя плечи. – Это, случайно, не знаменитая Лошадиная Падь?
– Лошадей не видно, – хохотнул Багор.
– Пали, – предположил я.
Сидя в машине, мы наблюдали, как Толик поздоровался, заглянул в колодец, значительно покивал и вступил в беседу. Начало их неслышного диалога было спокойное, середина – оживленнее, с размахиванием руками и дерганьем головы, а конец получился совсем экспрессивным. Абориген сорвал кепку с головы, бросил на землю, плюнул на нее и яростно растоптал.
Расстались, впрочем, они вполне мирно.
– И что в колодце? – спросила Ева, когда Толик вернулся.
– Штаны.
– Что они там делают?
– Висят. Зацепились за крючок над самой водой.
– Ведром подцепить и вытащить, – предложил Жора.
– Вот ведро как раз не висит. Хотя раньше было, – обстоятельно объяснил Толик. – Они с мужиками в бане парились, потом еще два дня похмелялись, теперь сунулся за водой – штаны висят, ведра нет. Жалуется – сплошное недоразумение, а не жизнь.
– Да, неисповедимы пути… – вздохнула Ева
– Чего он кепку-то кидал? – спросил Жора.
– А… Это он о правительстве.
– Об этом тоже успели поговорить?
– Как же иначе? В России пока власть не обругаешь, душевной беседы не получится.
– Толик, информационный шок твоего похмельного друга, конечно, заслуживает внимания, но как все-таки нам добраться до Скальска? – спросила Ева.
– Прямо. Сначала все прямо, по асфальту. Потом, когда асфальт кончится, по грунтовке налево. Потом, за леском, где будет указатель с цифрой 96, сразу направо. Тоже по грунтовке до асфальта. Оттуда прямо до Скальска.
Мы снова тронулись в путь.
Видимо, информационный шок оказался сильнее, чем мы думали. Мы точно следовали инструкциям аборигена, честно миновали указатель со стрелкой, направленной точно в небо (Девяносто шесть парсеков до ближайшей населенной звезды, предположила Ева), но дорога завела в никуда. Дойдя до опушки леса, она просто закончилась. Довольно подло с ее стороны.
И только тут я понял. Почувствовал. Конечно! Оно, заклинание, сбивающее с пути. Сколько же тысячелетий назад…
– Куда теперь? – Ева остановила машину и нервно оглянулась на нас.
– Думаю, что никуда. По-моему, мы уже приехали, – ответил я.
Впрочем, они сами это увидели. Из леса выходили люди. Странные люди. Много странных людей, если быть точным. Длинные светлые рубахи с вышивкой, наборные пояса, налобные повязки с узорами…
– Здесь что, кино снимают? – удивился Багор.
– Боюсь, Жора, это не кино. Это еще фантастичнее, – ответил я.
Люди тем временем обступали нашу машину. Степенно, доброжелательно, но недвусмысленно. Как водится у славян.
Ну здравствуйте, что ли, родичи! – подумал я. Ишь, гладкие стали какие, да и ростом существенно выше. С нашей последней встречи лет этак тысяч… Неважно. Интересно другое – откуда у вас, современных, древнее заклинание волхвов?
– Нам выходить? – растерянно глянула на меня Ева.
Я кивнул. Придется. Приехали.
Н. Н. Скворцов «Проблемы реинкарнации» Из главы «Душа и личность»
