«Итак, сегодня у нас новенький» – Сергей Петрович листал историю. «Попытка суицида, острый психоз, асоциальное поведение. Человек хочет убить себя, окружающие ему не дают, он хочет убить окружающих. И ничего не рассказывает. Никаких обвинений, признаний, криков души. Не люблю таких, – подумал Сергей Петрович, – уж лучше б рыдал и рассказывал, что жизнь кончена. Но этот молчит. Пойди еще, выясни, что ему стало не так. Ну ладно. Приступим.»
Бледный человек с потухшими глазами спокойно сидел перед врачом. Никаких попыток к бегству, никаких проявлений агрессии, никаких попыток поговорить. Неподвижный взгляд в одну точку.
Сергей Петрович откашлялся и начал разговор:
–– Владимир?
–– Да. – голос глухой. Никаких эмоций.
–– Владимир, меня зовут Сергей Петрович Юдин. Я – ваш лечащий врач. Вы знаете, где находитесь и почему?
–– Да. – опять никаких эмоций. И никаких попыток поддержать разговор.
–– Вы поступили вчера по скорой. Вы хорошо помните события вчерашнего дня?
–– Да. – несмотря на профессиональную выдержку, Юдин испытал приступ раздражения. Опять это равнодушное "Да".
–– Расскажите, что произошло вчера.
Молчание. Ну что ж. Пойдём другим путем.
–– У вас совершенно пустая карта. Есть только дата рождения. Вы можете назвать свой адрес?
Пациент помедлил. Перевел взгляд на доктора:
–– Адрес прописки? – Сергей Петрович чуть не подпрыгнул от восторга. Но профессиональная выучка позволила сдержаться.
–– Ну да. Прописка. В карте записать.
–– Проспект Космонавтов, дом 82, квартира 17.
–– Квартира 17, – повторял Юдин, записывая. – А город? Москва?
–– Королев.
–– Значит, вы из Подмосковья?
–– Да.
–– А родились вы где?
–– Там же, в Королеве.
–– Вам сейчас, – доктор посмотрел в карту, – тридцать два года?
–– Тридцать три.
–– Вы работаете? – пациент поморщился.
–– Да, то есть уже нет, или…
–– Вы уволились или вас уволили?
–– И то и другое.
–– Как это?
Владимир поднял на него затуманенный взгляд. Поморщился, как от боли:
–– Мне стало не до работы. Меня уволили за прогулы, но в трудовую записали «по собственному желанию». Если вам это важно.
–– А что такого случилось, что вам стало не до работы? Чем вы занимались?
Пациент помолчал, усмехнулся и с едкой иронией в голосе ответил:
–– Пытался дать людям жизнь.
«Ну надо же! Уже почти интересно! Возомнил себя богом!» – подумал Юдин, а вслух сказал:
–– Дать людям жизнь? Звучит несколько патетично. Что вы имеете ввиду?
Владимир внимательно посмотрел на врача, еще раз скривился в ухмылкке и начал свой рассказ…
***
Это было самое обычное утро. Утро, которое потом не вспоминают в мемуарах и о котором не рассказывают друзьям. Владимир просто встал, просто умылся. Очень хотел кофе, но поленился сварить. Решил купить по дороге.
Ближайшая кофейня работала с десяти, а вот та, около остановки, уже была открыта. Рискуя пропустить свою маршрутку, Володя перебежал проезжую часть и нырнул в стеклянные двери.
Его окутал приятный аромат свежемолотой арабики. Кофе варили хороший, но место было неуютное. Одно из таких, где берешь кофе и уходишь. Оставаться за этими столиками не хотелось, да и времени не было. Именно поэтому одинокая девушка за столиком привлекла его внимание. Она здесь была совершенно неуместна. Рыжая, кучерявая, чуть полновата, но эта полнота делала ее незаурядной и … аппетитной? Румяный пирожок, тут же придумал ей прозвище Владимир. Вдруг она подняла глаза.
Бездна. Да. Именно она. Сейчас он абсолютно точно понимает, что там была именно бездна. В ее взгляде. От него похолодела спина и пропали все вкусные сравнения. Захотелось немедленно уйти, даже не дожидаясь своего кофе. Как назло, бариста его окликнул:
– Ваш кофе.
И тут девушка ему улыбнулась.
Он никогда не видел приговорённых к казни. Они улыбаются? Если да, то, наверное, именно так. Осознание полной безнадежности положения и крупица надежды где-то в глубине.
–– Привет.
Черт, она с ним заговорила. Ответил:
–– Привет. – Володя был вежливым мальчиком.
–– А ты веришь в чудеса?
–– Эээ, – она так пытается подкатить? В восемь утра? – Не очень.
–– А хочешь, я отдам тебе одно? – глаза девушки заблестели, она вся оживилась и подалась вперед.
–– Слушай, я спешу.
–– Всего минуту! Даже меньше.
Любопытство сгубило кошку.
–– Ну, какое у тебя чудо?
–– Способность исцелять!
–– Да ты что? Вот уж чудо так чудо. Выгодно, наверное. Сколько бабла огрести можно!
–– Да! Можно стать богатым и знаменитым! Хочешь?
–– А кто ж не хочет!
–– Тогда бери. Берешь?
–– Беру! – пожал ей руку и захохотал. Вот чокнутая.
–– Только двадцать человек. – она накрыла его руку своей ладонью и убежала. Странно оглянулась и убежала.
Жизнь шла своим чередом, и он успел забыть о том разговоре в кофейне. Мало ли чокнутых. Вспомнил случайно и неожиданно для себя. Они с друзьями собирались в баре раз в месяц. Чаще не выходило: у кого семья, у кого работа. Но раз в месяц все старались выбраться. И вот сидят они, пьют пиво, и он четко понимает, что Степан болен. Смертельно болен. Рак желудка.
–– Степка, а у тебя с желудком все в порядке? – не доверяя сам себе, спросил он друга.
