Её вопрос не был утвердительным, судя по тону. Можно предположить, что зла она Равгину не желала, скорее, интересовалась, какие действия он намерен предпринять, если ситуация повторится.
Равгин остановился собирать цепь и подумал. Взглянув на неё, он вскинул бровь и покачал головой. — У тебя не удалось это будучи драконом. Что мне бояться сейчас?
Присев, она протянула руки и схватила звено цепи, в которое была продета нога Равгина, после чего, с помощью соседнего звена, она немного расширила отверстие и, взяв Равгина за лодыжку, вытащила застрявшую ногу.
— Должна признать, ты смелый. — Поднявшись, она направилась через поваленные деревья.
Вот так ещё совсем недавно существо, не осознающее свои силы, уже сейчас гнуло кованые цепи. Равгин оценил её иронию, она уменьшилась в размерах, а вот её возможности остались на том же уровне. Взглянув на ногу, он признался себе, что бояться всё же есть чего, затем поднялся и пошёл за ней.
12
Время давно перевалило за полдень, гора с крепостью уже почти была не видна, они шли по раскатанной дороге, в окружении деревьев, за которыми справа скрывалось огромное поле, точно несколько сотен акров, засаженных подсолнухов и окруженное со всех сторон зеленью. Здесь на равнине, Равгину было непривычно, ведь для него более приемлемым был горный ландшафт. На равнине же, картина никогда не менялась, один и тот же бескрайний плоский горизонт. Благо хоть лес со своими поворотами и деревьями даёт возможность не видеть этого.
Шагая рядом, он косился на свою спутницу. — Если мы так и собираемся продолжать путь, то нам не стоит использовать дороги местного пользования.
— Это ещё почему? — Поинтересовалась она, продолжая смотреть перед собой.
Она не поняла намёка, и Равгин подумывал о том, как сказать ей о её примечательной внешности так, чтобы не вывести из себя. — Ты можешь постоять за себя, я в этом убедился, только вот завидев тебя, местные не будут разбираться кто ты и куда идёшь, а прыгнут с вилами и факелами.
Остановившись, она направила на Равгина хмурый взгляд. В её глазах читалось глубочайшее оскорбление, будто он назвал её уродом. А она была уверена, что это к ней точно не относилось, но затем она отвела глаза.
— Мои когти острее любого клинка. — Нахмурившись, она смотрела на Равгина так, будто была готова забрать жизнь у любого, кто встанет у неё на пути. — И я сама могу превратить кого угодно в кучку пепла.
— Именно об этом я и сказал. Никто в твоей силе и не сомневается. — Кивнул Равгин, в знак полного понимания её слов и нежелания спорить. — Речь о том, что нам не нужно тратить на это время.
Смотря на свою руку, которая была смертоносным оружием, она была в замешательстве. Кажется, сама не верила в то, что из себя представляет. Явно, что ей не было привычно осознавать себя чудовищем, да и концентрироваться на этом внимание особо и не хотелось. Правда, Равгин не завидовал тому, что всё же станет это делать. Её ярость стала отступать, будто то человеческое, что в ней было, брало верх над чудовищем.
— Верно. — Она кивнула, глаза прояснились, а ноги двинулась дальше.
Смотря на неё, Равгин думал о природе и причинах происхождения такого противоречивого существа.
— А что эта за связь такая с принцессой? — Догоняя поинтересовался Равгин и тут же выдвинул теорию. — Мне вот кажется, это от того, что вы много времени провели рядом, и ты какими-то своими особенными драконьими органами чувствуешь её.
Очередное напоминание о её, мягко говоря, необычном облике отобразилось мимолётной гримасой отвращения.
— Неплохая догадка. — Признала она. — Что ты ещё можешь предположить?
— Да, в общем-то, ничего. — Протянул Равгин без энтузиазма. Признавать пробелы в чём-то не слишком приятно. — До вчерашней ночи, я вовсе не верил в существование подобных тебе.
— Не верил? — Она многозначительно ухмыльнулась, словно довольствовалась тем, что смогла впечатлить.
Её триумфа Равгин не заметил и продолжил. — Всегда полно разных сказок и историй о каких-то сверхъестественных существах, но поскольку до недавнего времени я таких не встречал… то и не верил.
Голос её был снисходительным, будто при разговоре с ребёнком. — Будь эти существа обыденностью, их можно было бы называть естественными, не так ли?
Подобные размышления удивляли Равгина, в его голове её внешний вид и те вещи, что она выражала с мягким голосом шли вразрез друг другу. Размышляя над её словами, он ухмыльнулся и кивнул в знак согласия.
— Вот поэтому я и говорю, что нам не следует попадаться кому-то на глаза. — Равгин сощурился и выставил напротив своего лица указательный и средний палец, как продолжение глаз. — Здесь полно более впечатлительного и суеверного народа, чем я.
Остановившись, она посмотрела на него и, сомневаясь, поморщила лоб. — Значит, по-твоему, в одежде я буду менее примечательна?
Оглядев неё с головы до ног, Равгин сощурился и скорчил лицо. — Да, и то верно.
— Почему тебя вообще это заботит? — Её тон был между интересом и возмущением.
