Из тридцати минут, которые были у него в запасе вначале, сейчас осталось только двенадцать. И опять все, как тогда.
Он не бегал с того самого утра, когда исчез Дункан. Оказывается, это случилось всего два дня назад, напомнил себе Дэггет. А впечатление было такое, как будто прошла целая вечность. Воспоминание о событиях того дня, мысли об исчезнувшем сыне причиняли настоящую боль. И в то же время сослужили хорошую службу: броски его удлинились, скорость увеличилась. Он бежал сейчас быстрее, чем когда бы то ни было в своей жизни. Не глядя, перепрыгивал через изгороди и канавы, пересекал лужайки и газоны, не глядя, замечал, когда нужно увернуться от транспорта. Он уже видел впереди вывески аэропорта. Рекламы различных компаний. Вон там «Федерал Экспресс», а вот «Эйвис и Герц». Он с ходу перемахнул через невысокую стальную ограду, хлопнул рукой по капоту машины, которая едва не задела его. Еще каких-нибудь сто метров до цели.
На этот раз флюгер над ангаром показывал совсем другое направление ветра. Корт был вполне удовлетворен. Он заметил, что ветер переменился, еще когда они отъезжали от коттеджика.
Моник сопровождала его в качестве вице-президента компании «Ин флайт». Она должна была помочь ему проникнуть на территорию аэропорта через ворота контрольно-пропускного пункта. Таких на территории Национального было четыре, и Моник была в приятельских отношениях со всеми охранниками: по роду службы ей иногда по нескольку раз в день приходилось проезжать через контрольно-пропускные пункты туда и обратно. Правда, на этот раз ее присутствие могло скорее повредить Корту: ее ведь разыскивало ФБР. Однако они с Кортом решили, что многоступенчатая система охраны аэропорта может и не быть оповещена полностью. К тому же теперь, после «гибели» Корта, слежку, возможно, ослабят. И все же опасность, конечно, оставалась, ожидать можно было чего угодно. Поэтому всю дорогу Корт держал руку в кармане, на спусковом крючке пистолета.
Подъехали к воротам. Моник опустила переднее боковое стекло.
— Привет, Чарли! — проговорила она, улыбаясь своей самой чарующей улыбкой.
Корт отстегнул привязной ремень, держа оружие наготове. Моник остановила его легким движением руки.
— О, у вас новая машина, мисс Чейсон! — сказал охранник.
— Взяла напрокат. Моя в ремонте.
— Все равно, надо бы наклейку.
Моник протянула ему гостевое удостоверение Корта. Охранник внимательно его проглядел и протянул обратно.
— С ним все в порядке. Но вот насчет машины я как-то сомневаюсь. Нужна наклейка.
— Как же теперь быть? Вы можете пропустить меня под свою ответственность или мне обратиться в полицию аэропорта?
Молодчина! — подумал Корт. Ловко придумала. Всем известно, что между различными правоохранительными службами всегда существует соперничество, даже нечто вроде ревности друг к другу. В особенности это относилось к полиции аэропорта и службам безопасности различных компаний-субподрядчиков, какой являлась и фирма «Ин флайт». Полиция аэропорта их в какой-то степени контролировала, и в то же время они не обязаны были ей подчиняться. Поставив под сомнение полномочия охранника, Моник подсказала ему нужный ответ.
— Можно ключи от кузова? — сказал охранник.
Моник обернулась к Корту и подмигнула. В то время, как охранник склонился над кузовом, она перегнулась назад, схватила дорожную сумку Корта, вытащила оттуда огнетушитель и засунула между сиденьями, практически на самом виду. Охранник захлопнул дверцу кузова, прошел вперед, заглянул в машину.
— А это что? — спросил он, увидев огнетушитель.
— А это для одного из наших грузовиков.
Охранник, казалось, был вполне удовлетворен.
Прошел вперед, еще раз обошел машину, потом опустился на одно колено и стал завязывать шнурок на ботинке. Как легко было бы сейчас разделаться с ним, подумал Корт. Минутой позже охранник вошел обратно в свою будку и снял телефонную трубку.
— Теперь что? — спросил Корт.
— Может быть, спрашивает разрешения у своих. Но во всяком случае от полиции аэропорта, думаю, мы избавились. — Моник явно торжествовала победу.
В этот момент Корт заметил, что охранник один в своей будке. Он сообщил об этом Моник.
— Иногда так бывает, — ответила она. — Они уходят на несколько минут по очереди. Ну, знаешь, в туалет там или еще куда-нибудь.
— Не нравится мне, что он звонит, — проговорил Корт, — совсем не нравится.
— Наберись терпения, ничего не поделаешь.
— А что, если он просто тянет время, пытается нас задержать? Смотри, он ничего не говорит, просто держит трубку.
— Да не пытается он никого задержать, ему просто надо получить разрешение.
— Убрать его проще простого. Смотри, он там совсем один.
— Прошу тебя, наберись терпения.
— Не нравится мне, как он на нас смотрит.
— Не надо! — повысила она голос.
