– Тогда зачем всё это пишется? – возмутился я.
– Затем, чтобы разрушить нервную систему малыша – раз! И, во-вторых, чтобы его развитие в утробе матери происходило при энергодефиците. Что может сказаться на формировании внутренних органов, а значит, и на будущем здоровье.
– И ещё, насколько я знаю, если матка у женщины слабая, может случиться и выкидыш, – добавила Светлада.
– Да, и выкидыш, – кивнул головой старейшина. – Такое часто случается. Подобное не просто акт невежества и бескультурья, мы имеем дело с самой настоящей информационной диверсией. Откуда её корни? Всё оттуда же: из нехватки в моногамной семье женской энергии. Чтобы мужчина не пошёл на сторону. Как всегда одним выстрелом несколько зайцев. Но речь у нас не об этом, а о воспитании малыша в утробе матери. По древней традиции, после того, как женщина забеременела, ей не рекомендуется нервничать. Это должны в семье знать. Иначе может случиться беда. Переживание матери наверняка отразится на ребёнке, и он и он родится нервным и перевозбужденным. Вот почему наши умницы-предки беременных женщин всегда берегли. Они не давали им нервную работу, больше заставляли заниматься рукоделием и другой творческой работой. Беременные женщины много вышивали, рисовали, занимались кройкой и шитьём. С двух месяцев беременности молодым матерям рекомендовали петь песни. Считалось, что творчество и пение благотворно влияют на плод. Развивает в его нервной системе потребность к созиданию и растит чувство прекрасного. Когда беременность достигает четырёх-пяти месяцев, плоду рекомендуется рассказывать сказки, былины и легенды. Всё это академическому учёному может показаться смешным, ведь тот, кто находится в утробе матери, не знает языка. Но дело тут не в языке, а в чувственно-частотном восприятии. Она для утробного маленького человека важнее всяких понятных слов. Это тот расово-национальный фон, в котором ему предстоит жить многие годы. Вот, где воспитывается любовь к Родине и к родной культуре. В утробе матери. Воспитанные таким образом люди отечество не предают. Им подобное и в голову не придёт. Здесь есть одна деталь, которую надо знать: дело в том, что у семи-восьмимесячного плода нейронов в головном мозге столько же, сколько и у взрослых. Я имею в виду не дегенеративные линии мегаполисов, а людей, подобных нам, и других адептов внутреннего круга. Справедливости ради надо сказать, что в глухих деревнях России и Сибири и среди простых людей встречаются точно такие же.
– Ты упомянул про дегенеративные родовые линии городов. Неужели там иначе? – прервал я рассуждения лектора.
– Иначе, мой друг, иначе! Невропатологи давно доказали, что у основной массы городского населения нейронов в головном мозге на 10-15% меньше, чем у их же внутриутробных восьмимесячных детей. Налицо ярко выраженный процесс дегенерации. Но то уже другая тема. Мне хочется отметить вот что: если у семимесячного ребёнка вполне сформировавшаяся нервная система, то он способен воспринимать не только песни и музыку, а всё что угодно. Потому ему можно рассказывать не только сказки и легенды, но и читать вслух книги. Вот мои «сороки», – показал Добран Глебыч на сидящих девушек, – в свои семь-восемь месяцев поэзию просто обожали. Не отставал от них и Горислав. Как только слышали музыку стихов, сразу же затихали и часами могли не шевелиться. Но мне хочется сказать о другом. Книги утробным детям читать надо! Неправда, что они ничего не понимают. На частотном уровне они их просто впитывают. Нельзя провоцировать беременную женщину браниться. И ругать кого-то при ней. Иначе частота негатива будет записана плодом на самом высоком уровне. И тогда родится человек, для которого брань станет потребностью. Без негативного отношения к окружающим он жить уже не сможет. И последнее! Маленький утробный человек, начиная с двух месяцев, должен слышать голос своего отца, а если возможно, то и голос бабушки, и голоса всех остальных домочадцев. Он должен слышать лай домашних собак, мычание коровы и другие звуки. Они не должны его пугать. Наоборот, все они должны вызывать у него любопытство и желание поскорее встретиться с источником звуков. Зачем? Чтобы у ребёнка возникло желание рождения. Младенец должен захотеть родиться. Только тогда мать не будет испытывать при его появлении на свет никаких затруднений. В нашей вывернутой наизнанку цивилизации, всё наоборот. Организм матери плод изгоняет, а он не хочет уходить. Потому что на своём бессознательном уровне смертельно боится будущего. Сознание ребёнка должно стремиться к встрече с теми, кого он уже знает. А у нас где детей рожают? В родильных домах. Где он не слышит тех, кого уже полюбил.
– Да и ещё при свете, – напомнила Светлена.
– Вот-вот, при свете. Свет для малыша – стресс. Он вызывает страх, плюс ко всему холод инструментов и голоса, которые он не знает. Как ты думаешь, – повернулся ко мне князь-старейшина. – Зачем всё это?
– Думаю, чтобы смертельно перепугать новорожденного.
– Тогда ещё один вопрос, зачем?
– Затем, чтобы у него возникла устойчивая эмоция страха.