С одной стороны я могу их понять: об уровне мастера всегда судили по его творениям. Кто ещё в магмире может похвастаться созданием летающего чуда? Никто. Даже всем признанным эльфийским умельцам, и тем нос утёрли! Вот и взыграло самомнение у работяг, вот и попёр из них пустой гонор. Ох, как же я тогда разозлился. Блин, тоже мне, нашлись демиурги местного разлива! Нет, конечно, дело весьма полезное иной раз потрафить самолюбию работника, дабы стимулировать его на трудовые подвиги, но… всё же перегибать палку и доводить меня до белого каления им явно не стоило. Почему я должен опытным мастерам – плотнику, кузнецу и столяру с медником – разжёвывать каждую мелочь? Причём, только ради того, чтобы в очередной раз потешить эго работников. А вот фиг им! Кто намедни громче всех голосил о своей высочайшей квалификации? Вот пусть и подтвердят делом свои амбиции! А я вернусь и проверю, что они без меня наработали.
Задвинув такую речугу разом потерявшим весь апломб работягам, я повернулся и пошел прочь. И никаких угрызений совести при этом не почувствовал: я ведь человек, а не ломовая лошадь, чтобы без выходных вкалывать. Вот и устрою себе день отдыха! В конце концов, я тут барон или погулять вышел? А что – о кормлении Вжики позаботится Михей, ему такое распоряжение дано, Мадариэль Ленкиным лечением занимается самостоятельно, без моего участия, а что касается оставшихся работ по "сове"… Блин, да я мастеровым уже столько раз повторял про оставшиеся доделки, что чудом в попугая не превратился! Едва язык себе не стёр, а он у меня не казённый.
Видимо я за последние недели развил слишком уж активную деятельность, потому что мой организм бурной радостью отозвался на решение устроить себе день ленивца. Не вру, аж на душе светлее стало! Только где бы мне провести намеченные часы отдыха? Здесь, в баронстве мне расслабиться не дадут, это факт – обязательно найдётся какая-нибудь "добрая" душа, которая не преминёт загрузить меня своими проблемами. Отправиться куда-нибудь подальше, за пределы моих владений? А что, это вариант! За предыдущие двое суток накопитель "голубка" заполнился под завязку, так что лети куда хочешь. Хоть в Белин проведать князя Ёнига, хоть в Ровунну с визитом к Его величеству Микичу. Или, может быть, к Леяне заглянуть? Как ни крути, а ведь там ведь тоже моя земля и мои люди, ответственность за которых с меня никто не снимал. Блин, вот тебе и отдохнул от забот… Правда, Лея – девчонка самостоятельная и хозяйкой зарекомендовала себя отменной, так что, думаю, она особо наседать на меня с просьбами не станет. То есть, совместить приятное с полезным – и отдохнуть, и о состоянии дел поговорить – вполне возможно.
Наученный горьким опытом "блошиной" эпопеи, к предстоящему перелёту я подготовился обстоятельно. Запасная одежда, оружие, сумка с магическими примочками "от Мадариэля", торба со вкусняшками, заботливо собранная мне в дорогу Стэфой – всё это я с самым суровым видом перенёс к "голубю". Да-да, сделав морду тяпкой и демонстративно не замечая жалобно-просительных взглядов со стороны работяг, на лицах которых крупными буквами было написано: "на кого ты нас покидаешь?!"
Но стоило мне застегнуть на себе ремни спасательной системы и забраться в кабину "голубя", как все мысли о повседневной суете из головы пропали. В предвкушении скорого полёта пульс уподобился барабанной дроби, а кровь стремительным потоком рванула по венам, насыщая адреналином каждую мышцу. Это было нечто! С детским восторгом я двинул вперёд сектор подачи маны на амулеты и, свесив голову за борт, в упоении наблюдал, как отдаляется земля, как превращаются в букашек люди, как здоровенный навес авиамастерской становится меньше этикетки спичечного коробка. Как мельчают и остаются где-то там далеко внизу ещё утром казавшиеся сверх важными дела, как отпускает повседневная суета, а на смену ей приходит чистый восторг удовольствия от по-настоящему свободного полёта.
Ну вот, блин, я уже стихами говорить начал! Пусть они корявые и нескладные, зато в точности отражают бурлящие в моей груди чувства.
Набрав приличную высоту, я убавил подъёмную силу до одной восьмой. "Голубь" клюнул носом и плавно скользнул вперёд, охотно набирая скорость. О точном местоположении Залесья я имел довольно смутное представление, поэтому решил лететь вдоль памятного маршрута над дорогой, по которой мы не так давно удирали от погони.
