За прошедшее время дедушка эльф смог таки сделать для Володи амулет, открывающий Серую Завесу перехода, и теперь дело оставалось за малым – напитать его силой. Но вот тут-то и начинались сложности: силы требовалось не просто много, а очень много, и дать её могло только древо Жизни. Казалось бы, договорись с эльфами и попроси разрешения повесить амулет на ветку, чего сложного? Тем более, что с Вовкой светлые вроде как союзники, хотя и на ножах. Но дедушка-то был тёмным, и для изготовленных им амулетов подходила магия источаемая только тёмным древом! А вот с дроу у Вовки дружба как-то не заладилась. И тут вдруг такое везение – сама королева ищет встречи с Володей! Вот и летела лошадка вскачь, подгоняемая нетерпеливым седоком, потому и вертелись колёса двуколки так, что спицы сливались в радужный круг.
Иалонниэль:
Болото, проклятое болото. Я уже не раз пожалела, что настояла на этом пути, но не могу же признаться перед Фалистиль в своей промашке?! А оно всё тянется это болото, тянется, конца краю ему не видно…
И магии здесь разлито мало. Иначе спела бы песнь ровного пути и шла себе, не проваливаясь в липкую грязь. Фу, мерзость какая! Прыгаю тут с кочки на кочку, как лягушка бородавчатая, а до гор ещё ой как далеко. Вон они синеют на горизонте словно оскаленная челюсть неведомого чудовища…
Как же хорошо было ехать на лошадях! Воова тогда изрядно потратился на наше с Фалистиль снаряжение перед выездом из Ровунны…
Конечно, жаль что я не смогла уговорить его ехать с нами, с ним было бы гораздо проще в пути. Хоть тёмная и старается изо всех сил, но человека она заменить не может. У Воовы всё получалось легко и просто: раз, и появилась диковинная еда из тонкостенных металлических цилиндров, два, и вспыхнул огонь на влажных ветках, сваленных в костёр. Я тоже так могу возжечь пламя, только сил это много забирает, а он тогда даже не утомился! Хотя, что ему, он же не свои силы тратил, а амулетами пользовался…
С кочки на кочку, с кочки на кочку. Прыг, скок, прыг… Демоны! Я так скоро и ходить разучусь! Стану кенгурою, так кажется Воова называл животное из своего мира?.. А что это там Фалистиль раскричалась? Ой, Пресветлая Эледриэль, я же чуть в самую топь не угодила! Задумалась не вовремя, в воспоминания ударилась…
А вспомнить есть чего! Вот найду подходящее место, выращу древо Жизни вот тогда и вспомню как-нибудь вечером, среди своего клана. Будет же у меня свой клан когда-нибудь, обязательно будет! Только когда? Я наверное к тому времени стану старой. Буду сидеть старушка-старушкой и поучать молодёжь, пересказывая им свои похождения дребезжащим голосом…
Нет, я ни за что не стану стареть! Никогда! Я буду всегда молодой, самой прекрасной королевой клана! Буду ходить в шелках, меняя по три платья на день, самых изящных платья, сшитых самыми искусными портными. А я буду блистать, блистать красотой и свежестью под восхищенными взглядами придворных…
Демоны, опять трясина! Да что это такое, когда же она кончится! Толи дело было в начале пути, когда мы ехали верхом по широкому тракту. Если бы не прилипчивые встречные…
Почему-то все они, увидав двух молодых эльфиек, сразу считали нас лёгкой добычей. Фалистиль, конечно, им быстро указывала на их заблуждения. Как клинком махнёт, так и укажет. Хи-хи…
А ведь ловко она мечом орудует, я так не умею. Нет, она хоть и тёмная, но за меня стоит горою. Молодец, честно выполняет своё обещание! И я выполню своё, обязательно, вот только семя высажу. Если через болото переберёмся и выйдем на твёрдую землю. Как хорошо на твёрдом! Даже тогда, когда мы ушли с тракта в чащу из-за постоянных стычек, и то было лучше…
Кыш, кыш, проклятая! Здоровенная жаба уселась на кочке, на которую я как раз собралась перепрыгнуть, и не уходит. Сидит, глаза на меня пучит. Кому говорю, кыш…
Кажется, горы приблизились?! Да нет, не кажется! Точно ближе стали. Может, к темноте и переберёмся через топи? Помоги мне в этом Пресветлая Эледриэль!
Королева Милистиль наслаждалась верховой ездой. Сильф ступал мягко, стараясь не тряхнуть лишний раз свою наездницу и выбирал дорогу так, чтобы ни одна ветка не коснулась её одежд. Хоть лес и считался тёмным, он был пронизан царящей здесь вечной весной, наполнен ярким светом полуденного солнца. В напоенном ароматами цветов воздухе летали птицы, добавляя к зелени листвы яркие краски своего оперения. Щебет пернатых нежно ласкал слух королевы, впервые за последние дни позволившей себе расслабиться и ни о чем не думать, просто раствориться в полузабытых ощущениях беззаботной молодости.
