– Ты же вроде своей дорогой идти собрался, – напомнил Витенегу Мухома, когда Кудеяр и Перенег ушли.
Витенег пожал плечами.
– Хорошо, уйду я завтра, на рассвете, продолжу свой путь. А там мою судьбу пусть решают Боги.
– Возьми меня с собой! – взмолился царевич. – Я не буду тебе обузой!
– Ты же по Белой реке плыть собрался, – удивился Витенег. – Корабль плывёт быстрее, чем идут человеческие ноги. Да и путь через лес – испытание суровое. Выдержишь ли ты его, юный барин?
– Я не барин, – огрызнулся Веслав. – Я же говорил, что платье своровал у богатого купца.
Витенег рассмеялся:
– Конечно, своровал, и разгуливал в нём перед всем честным народом. А также учился в Ведомире, как и всякий сын погонщика ингр.
– Я поступил на обучение по уму, которым наделил меня Велес! – всё ещё настаивал Веслав, которому не нравилось, что ему не верят.
– О, какой умный маленький волхв! – всплеснул руками Мухома.
– Ладно, юный сварогин, пусть так, – согласился Витенег, но Веслав видел, что муж ему не поверил. Витенег уже протрезвел, страх перед силой волхвов покинул сварогина, и царевич отметил, что когда Витенег трезв, он умён и внимателен.
– Так, – резко сказал Яромир. – Коли начался наш путь совместно, совместно нам его и продолжать! – Богатырь сердито взглянул на Зайца. – А вот ты можешь идти своей дорогой.
Заяц пожал худыми плечами:
– Ну, так я ж об этом не говорил. Витенег такое молвил. И Яра. А я – с вами пойду.
Катерина отвела гостей умыться, а затем проводила в большую и светлую трапезную княжеского терема. Стол с белоснежной скатертью накрывали помощницы Катерины. Слуги зажигали свечи. Яра отметила, что рана Яромира сделалась хуже, но богатырю об этом не сказала.
К ужину спустился Кудеяр в чистом платье князя. Ужинали молча. Тихо ели все, кроме Мухомы: Заяц был так восхищён едой, которую, как сам сказал, ел впервые. «Не в том смысле, что я ем впервые, – смеясь, уточнил рыжий, – а такое ем!»
После ужина Яра вновь постаралась забрать боль Яромира и напоить его настоем камынь-травы, но богатырь чувствовал себя плохо. Его лицо совсем распухло, а голова, как сокрушался Яромир, очень болела. Тогда Кудеяр повёл Яромира к волхву-лекарю Мореграда, учёному Родосвету. Яра ушла с ними.
Мухома позвал Катерину, чтобы она проводила его в баню. Рыжий ушёл за прислужницей присвистывая. «Заяц будет мыться в княжеской бане, ух!» – не стесняясь разглагольствовал он. Когда возгласы Зайца стихли, Витенег посмотрел на потупившего взор Веслава.
– Ну, – обратился к царевичу Витенег, – рассказывай, юный волхв. Кто ты?
Веслав молчал. Царевич пытался придумать правдоподобную легенду, но у него никак не выходило сочинить что-нибудь связное. В итоге Веслав встал и решил пойти в баню, но Витенег его остановил.
– Ты ведь царевич, правильно? – спросил Витенег, и сердце Веслава упало в пятки.
– Вы так решили из-за моего платья и имени? – спросил юноша.
Витенег мягко рассмеялся.
– Я никому не скажу, Веслав. Мы не назовём твоего имени и Кудеяру, – заверил бывший стражник, и Веслав испуганно посмотрел на сварогина. – Теперь я понимаю, почему ты так спешишь, – продолжил Витенег, и сердце царевича сжалось. – Ты жизнь свою спасаешь, – Веслав хотел было возразить Витенегу, но сварогин не дал ему ответить. – В этом нет ничего постыдного, Веслав. Я бы тоже убегал.
Веслав медленно сел обратно за стол.
– Правда? – тихо спросил он.
Витенег утвердительно покачал головой.
– Сейчас ты ничем не поможешь своим родным, если они ещё живы, и столице, которая захвачена неизвестными силами, – сказал бывший страж Солнцеграда. – Если вернёшься сейчас – умрёшь. Но ты можешь вернуться, когда станешь старше, вернуться, чтобы распутать эту пряжу Макоши. Но для этого тебе нужно выжить, царевич.
Веслав посмотрел в серые глаза серовласого воина. Царевичу было стыдно признаться, но страх, который он испытал в праздничную ночь, был настолько силён, что Веслав не хотел возвращаться. Никогда. Он безмерно любил и мать, и отца, и Ладу, но… Три разинутые пасти, зловонное дыхание, три пары жёлтых глаз с вертикальными зрачками стали для юного царевича сущим кошмаром, который Веслав не забудет никогда. Если это чудовище поселится в Солнцеграде, царевич должен быть как можно дальше от монстра и тех волхвов, которые призвали его. Даже если виноват в этом его дядя Драгослав.
– Как мы покинем город, Витенег? – тихо спросил Веслав.
– Все вместе, на рыбацком коче, – заверил Витенег и потрепал Веслава по голове. – Мы попросим Яру стать кормщиком, – усмехнулся сварогин. – Я думаю, она согласится.
Веслав попытался улыбнуться. То, что теперь Витенег знал тайну царевича, принесло Веславу облегчение. И сварогин не осудил юношу.
– Если Яромир захочет, может тоже отправиться с нами, – предположил царевич.
– Может, – согласился Витенег. – Я думаю, богатырь справится со своей раной и поплывёт с нами.
Веслав согласно кивнул.
– Было бы хорошо спуститься до озёр Половодья, – предложил Витенег. – Как-то был я в том краю: там много рыбы, да и зимы не такие суровые, как в столице.
