Тихо, так, чтоб сон сладкий не нарушить, с кровати сползаешь. И вроде ни звука, ни шороха, но вдруг: «Па, ты куда?».. Как будто шестым чувством…
Смотришь на него… Вот оно, счастье… Глаза бездонные, наивные, на тебя снизу смотрят… Верят, внимают. Ты же для него большой, сильный, всемогущий. В обиду не дашь, от всех бед спасешь, всех обидчиков накажешь. А ведь и правда, спасешь, накажешь. Себя не пожалеешь, все отдашь, до последнего. Сердце, если надо, из груди своей достанешь, только чтоб он счастлив был.
Бывает срываешься. Устал, замотался, не работе аврал, а он по голове скачет, ему твой аврал нипочем, ему весело, ему шалить хочется. Но ругаешься не по-настоящему. Злости нет. Так, ради приличия…
Эта любовь стоит в отдельной графе. Ее ни с чем сравнить нельзя. Она несравнима, необъяснима. На уровне шестого чувства. Безгранична, нескончаема. Нет у нее ни конца, ни края. А начало есть.
Шел ты по жизни спокойно, беззаботно, думать не думал… И вдруг тетка в белом халате плюх в руки сверток – маленький, невесомый. Растерялся, и так с опаской край ткани с лица убрал, а там… Глаза твои, нос твой, рот твой, кровь твоя, душа твоя, жизнь твоя в свертке этом оказалась! Вот так и понеслась любовь. Бескорыстная, все понимающая. Сильнейшая из всех эмоций на этой земле, а главное, взаимная.
Иногда на душе так гадко становится, сил нет, выть хочется. Прижимаешь к себе комочек этот, в глаза ясные смотришь, и дышать легче. Жить дальше хочется. Для него жить.
Растет, взрослеет, а ты рядом по жизни идешь, за руку держишь. И Господа каждый день молишь, чтоб не упал, не споткнулся, не оступился. И не важно, кем станет – врачом, шофером, космонавтом, банкиром, миллионером. Главное, чтоб Человеком стал! Человеком с большой буквы! Здоровым счастливым Человеком!!!
Я так долго тебя искала…
Путаясь в суете этих бесконечных дней, я шла сама по этой безликой жизни. Бредя ее серыми закоулкам, я постоянно упиралась в тупик. Как в лабиринте, куда не повернешь – везде стена. Просить помощи я перестала где-то на двадцать восьмом году жизни. У всех свои заботы, дела, никто не будет тащить тебя за руку в поисках выхода. Иногда времени на совет не хватает, а тут такое… Сказать честно, я привыкла рассчитывать на себя, так сказать, иммунитет выработался. Но иногда желание уткнуться во что-то теплое, родное, сильное начинало зашкаливать. Объяснять себе, что ты сильная – бесполезно. Говорить можно сколько угодно, но веры в это нет. Я сдувалась. Сдувалась, как резиновый мешочек с воздухом, именуемый воздушным шариком. Я тыкалась как слепой котенок в поисках того родного, теплого, сильного, но при ближнем рассмотрении понимала, все было чужое и до боли холодное.
Вера со временем притупилась. Одиночество, мерзко скалясь, вглядываясь в меня пустыми глазницами, постоянно стучалось ко мне в дверь. Днем было проще. Создавая вид бурной деятельности, можно было от него отмахнуться. Но ночью крыть было нечем, сил на эту игру не оставалось. Я смиренно распахивала дверь и впускала его.
Всю ночь мы пили на кухне чай, как правило, молча. Знаете, сон и одиночество друг друга исключают. Холодная пустая кровать не заводит, темные стены давят, а мысли всю ночь сверлят мозг. А так… на кухне горит свет, чай парует, одиночество на табуретке рядом. Вроде как и ничего. Правда, смотришь на него – жутко становится, но не выгонишь, как бы неудобно, да и жалко. Думаете, ему лучше? Все от него шарахаются, двери плотно закрывают. Судорожно попутчиков ищут, чтоб пустоту заполнить и ему места не оставить. И не важно, твои люди или нет, главное, чтоб рядом был кто-то.
Я не могла так. Уж лучше сам, чем с чужим человеком…
…Ты появился ниоткуда. Я спешила по делам, суета дней заставляла двигаться, не замечая ничего вокруг. Я споткнулась и упала к тебе в объятия. Вот так, с размаха, носом в родное, теплое, сильное. Это чувствуется сразу – спутать невозможно. Ты крепко держал меня, глядя сверху вниз. Чуть с насмешкой добрые глаза, губы в еле заметной улыбке и исходящее из тебя чувство покоя. Одной секунды хватило понять – родной…
– Ты не против, если я возьму этот камень, о который ты споткнулась? – поднимая булыжник, спросил ты, все с той же улыбкой.
– Зачем? – удивилась я.
– Мы его сохраним, на память. В знак благодарности. Если б не он, я бы тебя не нашел, а я так долго тебя искал…
Скажите…
– Скажите хоть слово, пожалуйста. Одно или несколько. Какое-то простое предложение без сложных оборотов. Это же совсем не сложно, что вам стоит? Ну почему вы молчите? Мне очень нужно услышать. Очень.
Знаете, я ведь женщиной родилась, очень нежной, слабой, ранимой. Это я в процессе так закалилась. Раньше так не было, а теперь все постоянно говорят, какая сильная я…
Нет, вы не подумайте… Внешне я очень сильная и выносливая. Даже гордая и не преступная. Сама все умею, все могу. Но это там, в жизни. Вы меня там, если б увидели, – не узнали. А тут, с вами, я как-то совсем расклеилась, сдулась, слабой стать захотелось. Но это только тут. Вы, главное, не бойтесь, я умею все контролировать…
