Что их не линчуют, что труд их в почете,
Что ходят их дети в школы и в парки;
Что белые матери в нежной заботе
Ее негритятам приносят подарки.
Лети, самолет, облака пробивая,
В Москву дорогую, к родному раздолью!
Пусть помнит о нас негритянка седая
И думает думу про светлую долю.
РАССКАЗ ОБ ОДНОЙ КНИГЕ
Из Европы в Америку ехал один
Американский гражданин.
Вез он с собою сквозь ночи глухие,
Сквозь океанскую синюю даль,
Честные думы свои трудовые,
Совесть свою, что крепка, точно сталь.
В салонах кружились фокстроты, блюзы, —
Платья на дамах — точно огни,
Он же, одетый в рабочую блузу,
Вместе с матросами был все дни.
Иные жевали бифштексы с кровью,
Жирные ростбифы — горы еды!
А он в сторонке свой завтрак скромный
Ел, попросив немного воды.
Иные танго вели с полутона,
А песня его гремела, грозна;
Когда он с матросами пел про Джона,
Гудела Атлантики глубина.
Иные смотрели меж тихих столиков
Фильмы про гангстеров и алкоголиков, —
Он же читал, закаленный в борьбе,
Книгу: «История ВКП(б)
Кончился рейс, и воду залива
Винт парохода пенит бурливо.
Сколько нацистов, богатых, вельможных, —
Кто из Берлина, кто из Бизоний, —
Все паспорта предъявляют в таможне,
С местной полицией в полной гармонии.
Здесь и деголлевские бандиты,
Псы из Севильи — Франко лакеи, —
Только лишь Гитлера с Геббельсом, битых,
И нехватает в их галлерее.
Титовцы, мистер с резиновой жвачкою,
Леди из Лондона с другом — собачкою.
Паспорт проверить — секунда, другая...
Эта Америка им как родная!
И вот с парохода сходит один
Американский гражданин.
И видят сыщики — волчья стая :
Его встречают моряк с кузнецом...
На нем одежда — блуза простая,
Он честен и тверд, с открытым лицом«
И длится обыск в рассветной рани...
Вдруг сыщикам стало не по себе:
Они нашли в его чемодане
Книгу .История ВКП(б)'.
Как будто бомба упала рядом
И гром потряс просторы земли, —
Ее окружили, наряд за нарядом,
Полицейские патрули.
Как будто вулкана разверзся кратер,
Чиновников бросило в лед и в жар:
Они наложили на книгу печати,
Чтоб вдруг от нее не вспыхнул пожар.
А парня скрутили: как острое жало,
Впилось ему в руки железо оков,
Но с ним по дороге в бессмертье шагала
История партии большевиков.
ДВЕ АМЕРИКИ
Не был я в Америке три года,
Но запомнил серые рассветы,
Бой заокеанской непогоды,
Черных танков мрачные приметы.
Там томится человек рабочий,
Днем и ночью отдыха не зная.
Там головорезы когти точат,
Недобитых наци бродят стаи.
Пусть !
Я вижу, как звездой лучистой
За морем озарены селенья,
Как перед боями коммунисту
Посылает мать благословенье,
Как народ в стремительном потоке
Грозно преграждает путь ненастью,
Как весь мир встает под стяг высокий
Правды ленинской, борьбы за счастье.
РАБОЧАЯ КОЛОННА
Нет, их не сломишь, непреклонных,
И не подкупишь также их,
Идут, и-дут они в колоннах,
Вновь добиваясь прав своих.
И гнев взлетает и клокочет,
Растет тот гнев, когда идут
Отряды армии рабочей, —
Забастовав, идут в Портсмут.
Вот так для правды и для кары,
Сто раз презрев пути назад,
Шли по Парижу коммунары
К бессмертной славе баррикад!
Вот так, наверно, в грозном споре,
Беря в грядущее разбег,
Матросы встали на „Авроре",
Чтобы начать двадцатый век.
И потому шаг тверд в колонне
И песня льется горячо,
Что опираются ладони
На революции плечо.
В ВАГОНЕ
Вижу в темном небе Вегу —
Провозвестницу в веках.
Поезд мчится к Виннипегу,
Ветер свищет в облаках,
Над долиною чужою
Тянет песню вдалеке...
Нас в вагоне — я и двое
Безработных в уголке.
Вдаль по рельсовому следу
Поезд мчит, мелькает свет,
В шахты, в Сотбори, приедут,
Но и там работы нет.
Едут в поисках бесплодных,
Делят хлеб, как с братом брат,
Словно долю безработных,
Разделенную стократ.
Соли горсть, достаток скудный,
Делят молча меж собой,
Как свой заработок трудный
Полный горести немой.
Весь от сытого напева
Ресторан гудит в ночах,
И у младшего от гнева
Бьются зарева в глазах.
А у старшего краюха,
Как граната, в кулаке, —
Затаил он ярость глухо,
Глубже складки на щеке.
Вижу в темном небе Вегу —
Провозвестницу в веках.. .
Поезд мчится к Виннипегу,
Ветер свищет в облаках.
ТЕПЛОХОД
В нью-йоркский порт по глади вод
Вошел советский теплоход.
Познав бескрайные просторы
Широт земли, долгот земли,
Я видел города и горы
И видел в море корабли.
То были крейсеры, эсминцы —
Акулы из стальной брони.
Неся смертельные гостинцы,
В зловещей мгле ползли они.
А наш прошел по глади вод —
Родной и светлый теплоход.
И чувствовалось: только наш
Весь загорелый экипаж —
В бушлатах и в матросках чистых
Знакомой строгой красоты
И бескозырках золотистых —
Так может заходить в порты.
Идет погрузка. Труд не труден,
И любо на него смотреть:
Умеют только наши люди
Работать — словно песню петь.
.. .Когда ж поднялся в непогоду
Наш флаг багряный — как в бою,
Я поклонился теплоходу,
В нем видя родину свою.
БЕЗРАБОТНЫЙ
Дождь и снег, мороз под вечер лютый.
Иней на протертых рукавах...
Был он в Балтиморе и в Портсмуте, —
Нет работы в этих городах.
За горбушку хлеба, соль седую
Цент последний заплатил бедняк.
Он идет. В заплаты ветер дует.
Наседают горе, голод, мрак.
С палачами воевал когда-то,
Видел над фашизмом торжество.
Вот от Маршалла ему какая плата