Печь зажгла, собрав остаток сил,
И те центы сыну показала,
Что ее единым счастьем был.
Он ее последней был отрадой,
Матери надеждой дорогой...
Но берут и этого в солдаты,
Чтоб послать с другими на убой
Против правды, той, ради которой
На смерть шли отец его и брат...
Чтоб опять брела она в контору,
Где ей справку выдаст сытый кат.
ГРУЗЧИКИ
По пристани шли грузчики толпою
Грузить боеприпасы во Вьетнам,
Им не был слышен дальний рокот боя,
Где бедным — кровь, а прибыль — палачам.
Несли они снаряды для орудий,
Набили смертным грузом стеллажи,
Но той земли не видели, где люди,
Простые люди бьются против лжи.
Где на земле измученной окопчик
И кровью щедро смоченный песок.
И падает вьетнамский смелый хлопчик,
Вот этой пулей раненный в висок.
По пристани шли грузчики толпою,
Здесь не был слышен дальний рокот боя.
Надсмотрщик вслед им бросил слово злое:
— Ишь, лодыри ! Работают за страх !..
Они могли б сказать ему такое,
Могли б свое отечество больное
Поднять на сильных сгорбленных плечах!
Они б, забастовав пред теплоходом,
Прославили Америку свою
Не атомкой, грозящей всем народам,
А местом в нашем сомкнутом строю.
* * *
Океана волны бьют о берег,
Даль плывет, как синяя струя.
Тех чужих земель, чужих Америк
Не ношу любовно в сердце я,
Потому что мне другое мило,
Мне другие звезды свет свой льют.
В этой жизни волны с большеа силой,
Чем на океане, в сердце бьют.
Слышу шопот нивы колосистой
В Приднепровье, в радостной стране.
Звуки нежной песни шелковистой,
Материнской, ожили во мне.
Эти звуки не были забыты,
Я их с детства помню на всю жизнь.
И они вошли и в сталь, и в жито,
И в багрянец осени вплелись.
То они по площади по Красной
Гнев бойцов проносят и любовь,
Вместе с летней радугою ясной,
С песнями днепровских соловьев.
И когда волна стучит о берег,
Даль плывет, как синяя струя,
Тех чужих земель, чужих Америк
Не ношу любовно в сердце я.
* * *
В Портсмуте, над гранитом тяжким,
В глухом неоновом огне, —
Зеленой рощей и ромашкой
Ты вновь, Отчизна, снилась мне.
Такая — как всегда: в привете
Степей, и рек, и белых гор;
Такая — как века : в рассвете,
В расцвете, злу наперекор.
В своих порогах, перелогах
И в серебристых родниках,
В своих нехоженых дорогах
С любовью-ласкою в глазах.
И это небо надо мною
Такой повеяло весной,
Как над московскою землею,
Как над карпатскою сосной.
В Портсмуте, здесь, где сталь с бетоном,
Где небоскребов серый лес...
И счастлив я, что угнетенным
Принес тепло твоих небес.
В ЧИКАГО
Девчонка поет на панели
С тоскливою скрипкою в лад.
В зеленой потертой шинели
За ней — однорукий солдат.
В Чикаго по глади асфальта
Бесшумно машины скользят...
Поет, надрываясь, контральто,
Молчит однорукий солдат.
— Подайте на хлеб ветерану,
Огнем его раны горят! —
Девчонка твердит неустанно.
За ней — однорукий солдат.
Убог этот край — не иначе !
Скрипачка потупила взгляд.
И гневно смычок ее плачет...
Молчит однорукий солдат.
ПЕСЕНКА ПРО ДЖОННИ
Он и пашет и боронит,
Песня в поле тонет...
Джонни, Джонни, славный Джонни,
Где ты ходишь, Джонни?
Нет в полях зерна ни тонны,
Ветер в травах стонет.
Джонни, Джонни, славный Джонни,
Что тут делать, Джонни?
У банкиров — миллионы,
Бог чертей не тронет.
Джонни, Джонни, славный Джонни,
Что решил ты, Джонни?
А банкиры, как бизоны,
Им не бей поклоны...
Джонни, Джонни, славный Джонни,
Не сгибайся, Джонни!
Кто-то в колокол трезвонит,
Ветер пламя гонит.
Не твоя ль работа, Джонни?
Знаю тебя, Джонни!..
письмо
Я прошел сквозь всю Канаду
От Риджайны до Аляски,
Девяносто суток кряду
Видел кривду без огласки.
И друзья меня встречали
В Эдмонтоне, в Монреале.
Жгучие свои печали
Мне они порассказали.
Поезда неслись в просторы,
Пенились лесные реки.
Мне канадские шахтеры
С этих пор друзья навеки.
Вашу горькую недолю
Примечал я, стиснув зубы.
Я отведал хлеба-соли
С вами, хлопцы-лесорубы.
Мы с друзьями пили виски,
Дружно пели про Катюшу.
Мы теперь навеки близки,
Ваша боль вошла мне в душу.
Возле нас враги бродили,
Полные звериной желчи,
Нас петлями обводили
И клыки точили волчьи.
Те, что ходят по банкетам,
Что чужой работой сыты, —
Сброд с кастетом и лорнетом,
Профашисты и бандиты.
Им бы вновь война — раздолье !
Дешева им жизнь солдата,
Выученикам де Голля,
Сэра Черчилля щенятам.
Сизокрылый голубь — песня,
Зашуми потоком новым,
Для друзей, как день, воскресни,
Будь врагам судом суровым.
Другу стань приветом с воли,
Бей врага десницей правой,
Другу будь ромашкой в поле,
Напои врага отравой.
Пусть сойдутся меж собою
Все, кто этой песне рады,
Пусть припомнит нас с тобою
Трудовой народ Канады.
* * *
Не буйволы на стойбище своем
Ревут тревожно в сумраке ночном,
И не бизоны рвутся из загонов, —
Двадцатый век родил иных бизонов:
У них покров — из стали, из брони,
Огонь и смерть несут в себе они,
На целый свет орудия наводят,
Когда из заводских ворот выходят.
Как стадо под ударами бича,
Они идут, рыча и грохоча,
Ползут, как змеи, гусеницы их,
Чтоб задушить и затоптать живых.
Они идут — хозяин так желает
И долларами путь их устилает.
Но на земле другая есть земля,
Где Сталинграда высятся твердыни,
Где под высоким небом темносиним
Цветут, поют, красуются поля.
Она кует такого братства сталь,
Такие возвела столпы свободы,
