За славой, маг! полностью

Запись тринадцатая. Мама... Папа... Братья... Как это могло случиться? Как тайсарская лихорадка могла свалить их? Как? Где были лекари, где были проклятые жрецы проклятых богов? Вся моя семья... Все... А моя любимая, самая светлая, самая счастливая, самая добрая... Катрин... Она так танцевала... Боги, как она танцевала! А от её смеха даже вечно брюзжавший барон Торстон, её отец, улыбался... Через месяц мы с Катрин должны были обручиться... Мне больше никогда не поцеловать эти губы, никогда не сжать такую тёплую руку, никогда не услышать биение этого храброго и доброго сердца. Она умерла... Все они умерли, все сгорели от болезни в считанные дни! Боги, я проклинаю вас! Проклинаю! Вы убили мою семью, моих близких, мою любовь... Проклинаю!

Запись четырнадцатая. Когда-то я думал, что худшим днём в моей жизни был день той "Конференции хохота", где мои идеи оказались жестоко осмеяны. Ошибался, как же жестоко я ошибался! Не будет для меня горше дня, чем тот, в который я предал земле тела всей моей семьи.

Меня допустили и к Катрин, которую хоронили в фамильном склепе. Она была всё так же прекрасна, даже обезображенная лихорадкой.

Барон Торстон слёг в бреду - горе помутило его рассудок. Мне пришлось ещё хуже: дела семьи шли из рук вон плохо, пришлось заложить родовое имение. Архимаг Асфар исключил меня из Гильдии за день до того, и потому помощи оттуда мне ждать не приходилось...

Я познал настоящее одиночество и настоящий холод, куда там морозу Астрала...

Такир ещё много чего рассказал о былых временах. Будь я хронистом, сколько всего мне удалось бы занести в хронику! Подробности, неизвестные потомкам, жизни Беневаля и первых Огнаридов. Взаимоотношения с соседями, характеры основателей династий Владетелей - и многое, многое другое. Но куда мне до въедливых, любознательных историков...

- А однажды мы... Николас, что с тобой? Ты будто бы таешь, - Такир в один прыжок оказался рядом со мной. - Что же...

А мир и вправду шёл пятнами вокруг меня, исчезая, проваливаясь в кроваво-красну бездну...

Тишина разорвалась голосами Конрада Монферрата и милорда Беневаля, они были совсем рядом, но где? Так темно вокруг, даже безлунной ночью светлее. Неужто даже свет солнца или звёзд стал таким дорогим, что замковой Ори решил экономить и на нём...

- Может, требуется вызвать лекарей или жрецов из столицы? - это слова Конрада.

- Боюсь, здесь ни те, ни другие уже не помогут. Николас уходит от нас, я это чувствую, тень Даркоса уже зависла над ним. Рыцарь Конрад, поверьте, если бы хоть единый шанс, хоть надежда на спасение Николаса, я применил бы всю свою силу, все свои умения на их использование! - мне показалось, или голос Беневаля дрогнул? Ревенанты тоже страдают...

Я пытался повернуть голову: шея жутко болела. Боги, какая темень... А Конрад и Беневаль, даже если и были рядом, точно не могли заметить моих движений - в такой-то тьме! Рыцарь и дух прошлого хозяина замка продолжали разговор обо мне. Говорят так, будто я уже покойник. Ну уж нет, мага так просто на тот свет е отправить. Я достаточно нагл, чтобы помучить их своим присутствием ещё немного...

- И всё же, должен быть способ! Суще... - Конрад осёкся. - Милорд Николас! Вы пришли в себя! Вы меня слышите?

- Слышу, Конрад, не надо так кричать... - голова раскалывалась. - Я просто не смог так долго терпеть шутки Даркоса. Почему здесь так темно? Пусть Ори принесёт свечи...

- Но, милорд Николас, сейчас день, и Ваши покои полны света. Я не понимаю... - голос Конрада казался в высшей мере озадаченным.