Выскользнув через заднюю дверь, Джемма прошла через соседский двор. Когда она жила здесь, этими соседями была семья Тернер, и, пересекая их двор, сейчас не могла не задуматься о том, живут ли они там до сих пор. Госпожа Тернер любила печь, и восхитительные ароматы выпечки некогда сводили Джемму с ума. Может, прямо сейчас миссис Тернер тоже что-нибудь пекла и, выглянув в окно, лишь подивилась, с чего это какая-то взрослая женщина прогуливается по ее двору. Или, может, Тернеры съехали, и теперь там жил кто-то другой.
И тут толпа заметила ее, несмотря на ее блестящий обходной маневр, и устремилась к ней. У них не было факелов и вил, только сотовые телефоны, но все равно они выглядели как разъяренная средневековая толпа, и на их лицах была написана истерия, когда они кричали: «Вон она где!», и «Это ты убила Викторию?», и «Тебе место в тюрьме!» Репортеры забрасывали ее вопросами, которые тонули в общем шуме, и к тому времени, когда Джемма почти добралась до своей машины, кто-то и в самом деле схватил ее за рукав, и она вырвала его, с криком повернувшись к наглецу, после чего…
…попыталась расцарапать физиономию парню, нависшему над ней, а он лишь смеялся, с легкостью отталкивая ее руки – его лицо было скрыто под этой жуткой маской. А она все плакала, кричала, чтобы он прекратил, придавленная всем его весом, а потом вдруг вспомнила про нож. Он же у нее в кармане! Она нащупала его, вытащила и…
…вот уже оказалась за рулем своей машины, уносилась прочь, и только теперь осознала, что даже не помнит, как села в нее и завела мотор. Она кого-нибудь переехала? Может, и да, но Джемма этого не знала. Бросив взгляд в зеркало заднего вида, увидела толпу позади себя. Вроде никто не валялся на дороге, истекая кровью. Ее затошнило, но она знала, что нельзя останавливаться, поэтому втопила педаль в пол, давясь подступившей к горлу желчью.
Вцепившись в руль, Джемма попыталась сосредоточиться на чем-нибудь другом. На Лукасе. На том, как он радовался горячему шоколаду в это утро, пытаясь выжать из нее обещание, что в будущем всегда будет получать по утрам горячий шоколад. Это оттолкнуло прочь щупальца воспоминаний и образы ужасающей толпы: она находилась в собственной машине, и все было более или менее под контролем. По крайней мере, пока что. Судорожно вдохнув, Джемма попыталась сообразить, где находится и как кратчайшим путем добраться до «Старбакса».
К тому времени, как она прибыла на место, ей вроде удалось унять дыхание. Откинув солнцезащитный козырек, Джемма оценивающе глянула на себя в приделанное к нему зеркальце.
«Да уж, ну и видок…»
Глаза опухли. Волосы в полном беспорядке. Нос порозовел. И это были лишь те основные вещи, которые мог заметить любой. Не говоря уже о ее отросших бровях, потрескавшихся губах и этом самом натуральном прыщике, который материализовался у нее на подбородке. Надо же, блин, – прыщ! Как будто ее вернули в прошлое. Если б она появилась в «Примадонне» в таком виде, Тельма и Барбара пришли бы в ужас. Это было бы просто немыслимо.
Нет. С этим пора заканчивать. Какой-то таинственный подонок и вправду пытался разрушить ее жизнь, и вчера вечером ее допрашивали как возможную подозреваемую в убийстве, и за последние двадцать четыре часа за ней дважды гнались до самой машины, и у дома ее матери встала лагерем разъяренная толпа… но это не повод, чтобы позволить себе расклеиться и запустить себя!
Джемма порылась в своей сумочке. Увлажняющий лосьон… Крем для век… Просто помассировав припухшие глаза кремом для век, она почувствовала себя намного лучше. Затем нанесла основу для макияжа. Кисточка для растушевки осталась в ванной в материнском доме. Что ж, это вполне можно пережить. Она не какая-то там неженка – можно без проблем растереть тональный крем просто пальцами. Готово. Брови? Ну, можно потратить какое-то время и на брови, но нужно правильно расставить приоритеты. Поэтому Джемма просто нанесла на брови немного геля для бровей. Ладно, и этот выбившийся волосок сейчас уберем. Даже пинцет не понадобится, он просто на редкость длинный… Ой! Ну вот. Отлично. А теперь займемся прыщиком. Тональный крем и немного пудры. Прыщик? Какой еще прыщик? Нет тут никакого прыщика. Потом тушь для ресниц и немного бальзама для губ.
Вообще-то, сейчас было не лучшее время для подобных занятий. Но испытывал ли Рэмбо угрызения совести, когда тратил время на то, чтобы повязать бандану, нанести боевую раскраску и осмотреть свое снаряжение? Нет, конечно же. Джемме это требовалось ничуть не меньше. Ей нужны были эти мгновения, чтобы собраться с мыслями, вспомнить, кто она такая. Она бросила заключительный взгляд в зеркало заднего вида. Вот она там – Джемма Фостер. Потрясающая специалистка по женской красоте, которая всего пару дней назад превратила сексуального хищника в лохмотья. И теперь готова встретиться со своими старыми школьными друзьями.
