За Святую Веру полностью

ФЕОКТИСТ:

Вы остров обойдёте весь,

Но более святого

Вам места точно не найти:

Скиты, Филиппов камень [19] …

МАРФА: И как же нам туда пройти?

ФЕОКТИСТ: Туда иду я…

МАРФА:

С вами

Нельзя нам пойти туда?

ФЕОКТИСТ: Приятно было мне бы…

МАРФА: Как здорово!

ДУНЯ: Вот это да!

МАРФА: Вы точно ангел с неба!

ФЕОКТИСТ:

Тогда вперёд, скорее в путь,

Благослови Спаситель!

Сёстры осеняют себя крестным знамением и идут за ФЕОКТИСТОМ.

ФЕОКТИСТ:

А знаете вы что-нибудь,

Кем был Филипп-святитель?

Сёстры отрицательно качают головами.

ФЕОКТИСТ:

Так слушайте. Святой Филипп,

Митрополит московский,

От рук злодея что погиб [20] ,

Игумен был здесь кроткий.

Он остров обустроил весь,

Прорыл везде каналы,

Дороги проложил он здесь,

Возвёл церквей немало,

Заводы, промыслы открыл,

Построил мельниц много,

И часто в пустынь уходил,

Чтоб помолиться Богу.

Немало лет он прожил там…

ДУНЯ: Один?

МАРФА: Один, сестрица.

ФЕОКТИСТ

(небрежно):

За ним ходила по пятам

Какая-то девица,

Но приключилось худо с ней…

ДУНЯ: И что же с нею сталось?

ФЕОКТИСТ:

Филипп спал в келии своей,

Она туда пробралась,

Открыла волосы свои,

Разделась и разулась,

Над ним склонилась низко…

ДУНЯ: И?

ФЕОКТИСТ: Рукой своей коснулась!

Обе девушки охают и взмахивают руками.

ФЕОКТИСТ:

Святой, не открывая глаз,

Крест сотворил рукою,

Девицу грешную тотчас

Отбросило волною,

Ударившись о двери лбом,

Она поспешно скрылась,

Всё тело у неё потом

Проказою покрылось.

МАРФА:

Так ей и надо, будет знать

И думать головою,

Святых людей как совращать…

ДУНЯ: Ах!

МАРФА: Дуня, что с тобою?

ДУНЯ:

Нехорошо чего-то мне,

Круги перед глазами,

И будто холод по спине…

Наверное, мне с вами

К святому месту не дойти,

Назад домой вернусь я.

МАРФА: А сможешь ли сама идти?

ДУНЯ: Да, только отдышуся.

МАРФА обнимает ДУНЮ и следует с ФЕОКТИСТОМ дальше. ДУНЯ, немного отдохнув, возвращается назад.

На следующий день. Келья МАРКА. МАРК, как всегда, молится.

МАРК:

Господи, совесть моя!

Сбегу от грехов ли я?

Бесовские стрелы

Впились в моё тело,

Львы ходят кругами,

Скрежещут зубами,

Господи, мой Господи!

Господи, крепость моя!

Спасусь ли, спасусь ли я?

Возьми мои слёзы,

Согрей мою душу,

И в бури и в грозы

С Тобой я не струшу,

Господи, мой Господи!

Господи, радость моя!

Позволь мне жить для Тебя!

Открой в моём сердце

Тайные дверцы,

Дай петь на псалтири

О правде, о мире,

Господи, мой Господи!

У двери кельи раздаётся покашливание, затем голос ФЕОКТИСТА

ФЕОКТИСТ: Молитвой праведной своей…

МАРК

(нетерпеливо открывая дверь):

К Спасителю мы ближе!

Ну как? Беседовал ты с ней?

Скорее заходи же!

ФЕОКТИСТ

(заходя в келью):

Порядок полный братец Марк!

Теперь она уж точно

Тебя не потревожит так

Как раньше. Ты же прочно

В молитве стой и победишь

Все помыслы дурные.

МАРК: Ах, старче дорогой!

ФЕОКТИСТ:

Я лишь

Рассеял чары злые.

ФЕОКТИСТ уходит, МАРК становится на колени и благодарит Бога.

Осень 1667 г. Соловецкий монастырь. НИКАНОР в рясе с надетым на голову капюшоном проходит монастырские ворота, следует через двор и, никем не узнанный, добирается до братского корпуса. Зайдя в свою келью, он снимает с головы греческий клобук, бросает его на землю и топчет ногами. Затем достаёт клобук старого образца и водружает его себе на голову, со словами: