За Святую Веру полностью

ИОАКИМ даёт целовать крест царю и придворным, затем ко кресту подходят все остальные. Патриарх кропит всех святой водой, в это время царь подходит к проруби и смотрит на своё отражение в воде. Внезапно вода в проруби окрашивается кровью.

АЛЕКСЕЙ МИХАЙЛОВИЧ: О Господи! Что это? Кровь?

(Протирает рукой глаза, затем снова смотрит на воду)

Наверно, показалось…

ИОАКИМ:

Сойди, Дух Божий, вновь и вновь!

Пусть с нами будет радость

Сегодня и во все года,

Пусть благодать крещения

Грехи все смоет навсегда,

Даст душам исцеление!

Царь снова бросает взгляд на воду в проруби и с ужасом замирает .

АЛЕКСЕЙ МИХАЙЛОВИЧ:

Опять в крови вода и снег!

Да что со мной творится?

ИОАКИМ:

Пусть царь наш здравствует вовек!

Пусть Божия Десница

Хранит его на всех путях,

Указывая ясно

Его жребий славный…

АЛЕКСЕЙ МИХАЙЛОВИЧ

(громко):

Ах!

К царю подбегает сокольничий ЯШКА.

ЯШКА: Что, государь?

АЛЕКСЕЙ МИХАЙЛОВИЧ

(в ужасе показывая на реку):

Всё красно!

И снег, и лёд, а по воде

Тела плывут…Взгляни же!

ЯШКА

(смотря по сторонам):

Великий государь, нигде

Я ничего не вижу…

АЛЕКСЕЙ МИХАЙЛОВИЧ:

Тела убитые вокруг

В монашеских одеждах,

На лицах выраженье мук…

ЯШКА

(крестясь):

Спаси нас, Боже, грешных!

АЛЕКСЕЙ МИХАЙЛОВИЧ

(придя в себя):

К чему бы это? Ах, постой!

Обитель Божья! Я же…

(Хватается за голову)

Скачи-ка братец дорогой,

На Соловки сейчас же!

Вели осаду быстро снять

И отвести всё войско!

(Придворным): Коня немедленно седлать!

Придворные подводят к ЯШКЕ коня.

АЛЕКСЕЙ МИХАЙЛОВИЧ: Скачи быстрее только!

ЯШКА прыгает на лошадь и скачет из Москвы. Едва выехав из столицы, он останавливается у ближайшего трактира и заходит в него.

21 января 1676 г. Утро. Большой Соловецкий остров. Рыбацкий посёлок Реболда. Маленькая изба на окраине посёлка. ДУНЯ сидит у окошка, дожидаясь отца. В голову лезут тревожные мысли о МАРКЕ и НИКИТЕ. Наконец, ДУНЯ решительно встаёт.

ДУНЯ:

Я не оставлю это так!

Нельзя сидеть безвольно

И ждать, когда убьёт их враг!

На сердце неспокойно…

Одна я в монастырь пойду,

Пред Марком вновь предстану,

Пред ним на землю упаду

И до тех пор не встану,

Пока он не уйдёт со мной!

С ним побегу к Никите,

Обоих приведу домой —

Святые, помогите!

(Сотворяет земные поклоны висящим на стенах иконам).

Их выведу из-под огня,

Спасу от хищной своры,

Ах, батюшка, прости меня,

Я буду очень скоро!

(Одевается и выходит из дома).

В тот же день около полудня. Окрестности Соловецкого монастыря. Ставка МЕЩЕРИНОВА. Воевода с КЕЛЕНОМ и БУШЕМ обсуждают осаду монастыря.

МЕЩЕРИНОВ:

Что делать будем? Дни идут,

А мы на одном месте

Всё топчемся. Напрасный труд…

КЕЛЕН: Взять крепость – дело чести!

МЕЩЕРИНОВ:

Противник бьёт нас всякий раз,

Все приступы отбиты,

Потери возросли у нас,

Достойные убиты,

Подкопы наши враг раскрыл

И быстро уничтожил,

Потерян боевой наш пыл…

БУШ: Лишь хитрость нам поможет.

МЕЩЕРИНОВ: Судьба поставлена на кон!

БУШ:

А где монах тот беглый?

Тот перебежчик, где же он?

Быть может, шанс нам верный

Он предлагал в тот раз, а мы…

КЕЛЕН: Он в кандалах.

МЕЩЕРИНОВ:

Отставить!

Забрать немедля из тюрьмы,

Ко мне сюда доставить!

КЕЛЕН выходит, через некоторое время возвращается с ФЕОКТИСТОМ.

МЕЩЕРИНОВ

(ФЕОКТИСТУ):

Так где ты говоришь пролаз?

ФЕОКТИСТ: В сушиле монастырском.