— Женщины могут быть коварны и ищут брешь в отношениях, чтобы за неё зацепиться. Ты же не знаешь, как они живут, когда тебя нет рядом, — успокаивающе поглаживает.
— Думаешь, мама знала? — поворачиваюсь к ней.
— Не знаю… Надеюсь, что нет. Это унизительно для женщины…
— Я ведь даже у него спросить не могу. Это его убить может…
— Значит, просто молчи. И уволь Ковалевскую.
— Без оснований? Она на меня в суд подаст. Я должен её прижать. Но она пока осторожничает. Возможно, догадывается, что под неё копают. Хитрая блядина…
— Рома!
— А как её ещё назвать? Блядь — она и в Африке блядь!
Обречённо вздыхает и качает головой.
— Что дальше делать будешь?
— С твоей информацией? Копить злость, чтобы потом придушить гадину, — ударяю рукой по листу цветка.
— Ты сдашь её в полицию? — присаживается на подоконник.
— Не решил ещё… Могу всю компанию под удар поставить. Заявление в полицию — аудит всего. А у отца мутки с налогами… Я пытаюсь всё исправить, но там годами махинации. Мне тяжело…
Обнимаю её и зарываюсь лицом в волосы. Она так вкусно пахнет.
Просто молча обнимаемся. Даже не двигаемся. Вдруг отстраняется и смотрит на меня горящими глазами.
— А если её вывести из равновесия. Намекнуть, что ты знаешь, что она ворует. Захочет спрятать концы, тут и поймаем.
— А ты умница, Клинская!
— Не зря я учила поведение людей, — нагло улыбается.
Ковалевская недоверчиво смотрит то на меня, то на Машу, которая скромно сидит в углу дивана и крутит локон на палец.
— Присаживайтесь, — показываю на кресло.
Садится на краешек. Чует, что сейчас её прессовать будут.
Встаю и обхожу её сзади, прямо за её спиной.
— Расскажите мне, Яна Артемьевна, как вы выдавали свежий товар за просрочку и продавали через левые точки.
— О чём вы? Впервые слышу, — делает невозмутимое лицо.
Но слегка дергающаяся венка на шее выдаёт её волнение.
— Бессмысленно отпираться. Ваш подельник Абрамов уже всё рассказал нашей охране. Вы организатор, он исполнитель. Получал процент.
— Он врёт! — пытается встать, но я придавливаю её за плечи к креслу.
— Врёте здесь вы, — поворачиваю к себе. — Так глупо заглотили наживку, которую мы забросили, — смотрю на Машу с улыбкой.
Это она распространила по офису слух, что я нашёл утечку финансов в бюджете и ищу вора.
Ковалевская вдруг натягивает дерзкую улыбочку и скалится.
— Поймали? Да хер вам! Это твой папаша эту схему замутил, — наглеет.
— Ему она зачем? — опешил на секунду.
— Чтобы от благоверной своей шифроваться. Она же все денежные движения контролирует. И на личных счетах тоже. Бухгалтер, мать её! Вот он и придумал, как мне денежку за мои услуги платить, — ухмыльнулась.
— Какие услуги?
— Ой, я тебя умоляю! Глупый что ли? Не догадываешься? — игриво надула губы. — Спали мы с ним.
Разродилась дрянь признанием.
Кулаки чешутся вмазать ей по напудренной морде.
— Рома… — одергивает меня Маша.
Заметила, что я сейчас на взводе.
— Теперь понятно как ты должность получила.
— А это было нетрудно… Папочка твой обещал развестись. Жаль не успел…
— Так вот почему ты на Рому переключилась, — подошла Клинская и села в моё кресло.
— А ты мне как мужик понравился, — скользнула по мне взглядом, остановившись на ширинке брюк. — Только не думала, что крепким орешком окажешься. Любовь, невеста… Теперь понятно ху из ху. Специально её сюда пристроил, чтобы шпионила, — кивнула на Машу.
— Случайно… Но воспользовался моментом.
— Так что я не причём. Все претензии к любимому папочке, — криво улыбнулась. — Ах, да… Ты этого не сделаешь. У него сердце…
— Ну, ты и сука!
— Спасибо за комплимент, — закусила губу и похлопала ресницами.
— Пиши заявление по собственному желанию.
— Да, пожалуйста, — съязвила. — Могу идти?
— Вали, чтобы я тебя больше не видел! — взрываюсь.
Ни капли, не боясь, уходит из кабинета. Она права, что я могу предъявить, если это отец всё придумал.
Чёрт! Как же сейчас резко разрушился мой идеальный мир. У меня ведь была маленькая надежда, что у отца с ней ничего не было. А теперь я знаю правду. Горькую правду…
Блядь, как же это невыносимо давит в груди!
— Рома, не нервничай, — подходит Маша и обнимает. — Главное, что всё в прошлом…
— Как-то не легче… Он маму обманывал…
— Надеюсь, он сейчас об этом жалеет. Ведь она круглосуточно рядом с ним, любит, заботится, — кладёт голову мне на грудь. — Яна бы не стала.
Прижимаюсь губами к Машиной макушке.
Клянусь, я никогда так с тобой не поступлю.
— Ром…
— Да?
— Ты помнишь, что у нас сегодня ужин с моей мамой?
О, да! Знакомство с будущей тёщей. Я не трус, но как-то очково. Вдруг не понравлюсь…
— Помню…
— Может, не пойдём? — бросаю взгляд на окна квартиры Клинских. — Она явно не фонтанирует от желания со мной познакомиться.
— Ерунду не говори! — осаживает меня Маша. — Ты, кажется, в родственники ей набиваешься, а сам до сих пор с будущей тёщей не познакомился.
— Не думаю, что она воспримет меня нормально после того, как я тебя украл прямо из ЗАГСа.
Клинская тихонько хихикнула.
— Не узнаешь, пока не познакомишься. Мама у меня хорошая, так что не надо из неё монстра делать. Пошли!
Выходим из машины и направляемся к подъезду.
