Он был прав. Ведь и неприятельское командование строило собственные планы. К началу 1916 г. потери немцев достигли 2,9 млн. чел. (Примерно столько же, как у России, но убитыми вдвое больше - 678 тыс.) Тем не менее германская армия все еще представляла грозную силу - 4,2 млн штыков и сабель, 7 тыс. полевых и 4,2 тыс. тяжелых орудий, 1,4 тыс. минометов, 804 самолета. И еще в декабре Фалькенгайн представил кайзеру доклад, где отмечались трудности Центральных Держав - говорилось, что ближайшая или следующая зима может принести продовольственный кризис, который вызовет кризис социальный и политический. А значит, нужен немедленный успех вывести из войны хоть одну из держав Антанты и развалить коалицию. Но говорилось, что "боевая мощь России не вполне надломлена, хотя наступательная сила утрачена". Что для вторжения на Украину не хватит ресурсов, удар на Петроград, который "при более счастливом ходе" прошлой операции должен был бы осуществиться, теперь не сулит успеха, а "движение на Москву ведет нас в область безбрежного". В качестве объекта удара отпадала и Англия - поскольку даже разгром во Фландрии вряд ли вывел бы ее из войны. Оставалась Франция, которая, по ошибочному мнению Фалькенгайна, была "в военном и хозяйственном отношении ослаблена до предела".
Предлагалось выбрать важный объект, ради которого "французское командование будет вынуждено пожертвовать последним человеком. Но если оно это сделает, то Франция истечет кровью, так как иного исхода нет, и притом одинаково, достигнем мы самой цели или нет". Таким объектом был намечен Верден, обеспечивавший всю систему обороны на восточном фланге французов. В случае успеха удар открывал дорогу на Париж, а если это не получится, планировалось перемолоть тут живую силу противника. Что с военной точки зрения, надо сказать, выглядело странно, ведь наступающая сторона несет большие потери, чем обороняющаяся. Но план приняли. Решили против России ограничиться обороной и делать ставку на ее разложение изнутри, чтобы вызвать революцию, которая подтолкнет царя к уступкам. А против англичан наметили инициировать восстание в Ирландии и все-таки развернуть неограниченную подводную войну. Поскольку под Верденом силы Австро-Венгрии оставались незадействованными, она строила собственные планы. Тоже почему-то сочла, что на масштабные наступательные операции русские больше не способны, и Конрад решил продолжить удачную практику вышибания по одному самых слабых противников. После Сербии с Черногорией повторить то же с Италией.
В общем, получилось так, что пока русское и французское командование спорили о сроках наступления, германские дивизии уже сосредоточивались под Верденом. Это была первоклассная крепость, заложенная еще в XVI в. выдающимся инженером де Вобаном. В течение столетий она перестраивалась и совершенствовалась. К 1914 г. укрепления представляли собой 12 мощных фортов с 30 промежуточными опорными пунктами, расположенными 2 поясами и разделенными р. Маас на два сектора - восточный на правом берегу и западный на левом. Линия обводов достигала 45 км, а общие размеры укрепрайона - 112 км по фронту и 15 в глубину. Немцы при выборе Вердена учли много факторов. Например, что железная дорога с германской стороны подходила на 20 км к фронту, позволяя быстро подвозить подкрепления, а французам до ближайшей станции было 65 км. Учитывался большой опыт взятия крепостей с помощью сверхтяжелой артиллерии. Как и то, что к февралю 1916 г. крепости Верден уже и не было. Ведь и французы видели, как легко пали Льеж, Намюр, Мобеж, Новогеоргиевск. И в августе 15-го пришли к выводу, что долговременные фортификации отжили свой век. По декрету правительства крепости упразднялись, а их артиллерия передавалась полевым войскам. Под Верденом вместо крепости намечалось устроить полевые позиции - одну в 5 - 7 км впереди линии фортов и еще три в глубине. Старые фортификации не включались в эту систему даже в качестве опорных пунктов. Форты восточного сектора вообще готовились взорвать, большинство разоружили. А в самом сильном из них, Дуомоне, оставалось всего 58 чел для обслуживания 2 броневых башен с еще не снятыми орудиями. Но ломая старое, французы еще не успели создать нового. Была готова лишь первая полоса обороны с сетью проволочных заграждений. Вторая только строилась, а третья и четвертая едва были начаты.
