Я уже дал приказ в Москву Усиевичу, послезавтра выдвинуться в Киев эшелонами с двумя тысячами проверенных и закаленных в боях с юнкерами бойцов. Свяжитесь с ним и договоритесь, чтобы войти в Киев одновременно. Из Москвы до Киева значительно ближе, чем от нас.
– Разрешите, Владимир Ильич? – вклинился Антонов. – Надо бы мне взять в Могилев кого-нибудь из генералов, сочувствующих нашему делу, в качестве советника или заместителя. А то, мне в армейских делах будет трудно сразу соориентироваться.
– О чем речь, Владимир Александрович? Вы же у нас член комитета СНК по оборонным делам. Берите кого хотите, хотя бы командующего Северным фронтом Черемисова, или еще кого.
– А мне какая роль выпадает? – Поинтересовался заинтересованно слушавший Троцкий.
– А Вам Лев Давидович, как обычно, самая главная роль. Вам предлагаю срочно выехать в Харьков. Там, а также, в Луганске и Юзовке максимально быстро сформировать отряды Красной гвардией и тоже двинуться на Киев. Вам хочу поручить руководство всей операцией по приведению Украины к Советской власти. Вы же у нас нарком иностранных дел. А Украины после действий её Рады как раз и становится иностранным государством.
Думаю, после захвата Киева весь состав Рады и ее органов в губерниях нужно арестовать и выслать в Сибирь.
После захвата Киева отряд Дыбенко следует двинуть на Юг, устанавливать советскую власть в Новороссии, в Херсоне, в Одессе и в Николаеве. Отряд Усиевича двинуть на север в Белоруссию. А ваш отряд – в правобережную Украину.
Само собой, при движении отрядов к Киеву во всех попутных городах тоже устанавливать советскую власть. В ближайшее время мы направим делегацию на переговоры с Германией. Весьма желательно, чтобы к моменту начала переговоров все губернские города Украины должны быть под нашим контролем. И за все это будете отвечать Вы, Лев Давидович. Довольны?
– Однако! – Крякнул Троцкий. –Большевики трудностей не боятся. Справлюсь! Взяли власть в России, возьмем и на Украине. А вот что делать с Викжелем? Они ведь эшелоны под наши отряды добровольно не выделят. И по пути будут нам палки в колеса ставить.
– А Вы с ними, товарищи, не церемоньтесь. Револьвер ко лбу саботажникам, семьи их в заложники и всё они сразу дадут. Тут ситуация чрезвычайная и для ее решения допустимы самые чрезвычайные меры.
Ну, а в России, скажем прямо, мы власть до конца еще не взяли. На Дону Каледин казаков собирает. Духонин уже снюхался с Корниловым и Деникиным, которые у него якобы под арестом сидят. Тоже верные войска под себя собирают. В Финляндии и в Закавказье местные националисты тоже о независимости мечтают. А потому, нужно с максимальной быстротой готовить наши собственные регулярные части. Это уже ваша главная задача, товарищ Крыленко.
– Делаем, что можем, товарищ Ленин! Да только дело туго идет. Чиновники саботируют, Госбанк денег не дает. А без денег регулярные части как создавать? Им жалование платить надо.
– И тут ситуация чрезвычайная. И решать ее следует такими же чрезвычайными методами. Разрешаю Вам чиновникам Госбанка тоже револьвер ко лбу приставлять. Тогда деньги они дадут. Промедление в этом деле недопустимо. Когда начнем переговоры с немцами, у нас уже должны быть верные нам дивизии, а не только отряды.
Кроме того, все проявившие себя хорошо отряды Красной гвардии, солдат и матросов, ни в коем случае не распускать, а, напротив, наращивать их до уровня регулярных частей. И армейские части, в которых влияние большевиков преобладает, тоже желательно удержать от распада, и напротив, усиливать их за счет верного нам личного состава распадающихся частей.
Напоминаю вам, что все это дело следует хранить в строжайшем секрете. По поводу того, с какой целью формируются отряды и куда последуют, никто не должен даже догадываться. По пути следования старайтесь выводить из строя телеграфную связь. Чтобы в Киеве о подходе отрядов раньше времени не узнали.
Вопросы есть? Нет? Тогда за дело товарищи! Революция в опасности! Промедление смерти подобно! – Чтобы еще сильнее мотивировать соратников Ленин прибег к пафосу, чего обычно в деловых беседах избегал, приберегая для митингов. Озадаченные соратники прониклись, покинули вождя и поспешили исполнять порученное.
5. Разговор с товарищем Лениным.
Выйдя от Ленина, Виктор поинтересовался у секретаря, где в Смольном можно поесть. После напряженного разговора с Вождем вдруг зверски захотелось есть. От нервов, видимо. Бонч-Бруевич черканул записку, шлепнул по ней штампом, и ответил, что сотрудников учреждения, размещенных в Смольном, в том числе и сотрудников СНК, кормят в столовой бесплатно. Пояснил, как пройти в отдел кадров, где ему на основании записки выпишут служебное удостоверение, по которому можно будет пообедать. Туда Виктор и направился. Через полчаса с удостоверением в руках, предъявив его дежурному солдату, вошел в большой зал столовой. Длинные столы, каждый на 10 посадочных мест, стояли двумя рядами с проходом между ними. В дальнем конце зала находилось окно раздачи. Виктор прошел туда и получил поднос с тремя блюдами.
