— Ты решил жениться на той девушке из Ростова? — уточнил Аргентинец, вороша щипцами поленья в камине, и яркий отблеск упал на его лицо.
— Отгадал, на ней. Хочу жить домом, принимать гостей, встречать вместе с тобой Новый год, Пасху, Рождество. Сколько может стоить такая хата?
Аргентинец на минуту задумался.
— Наверное, около полумиллиона долларов. Но если ты всерьез, это легко узнать — у меня есть знакомый хозяин риэлторской конторы. Я ему поставляю богатых клиентов, а он мне платит два процента со сделки, так что я на твоей квартире еще и заработать смогу, — улыбнулся Городецкий.
— Что такое риэлтор или, как ты сказал, риэлторская контора? — не понял Тоглар.
— По-простому, на старый манер — это маклер. По новому, западному стилю — торговец недвижимостью. Теперь... везде узкая специализация, каждый занимает свою нишу. Лучше работать с ними, у них всегда есть выбор. В квартире, выставленной на продажу, они делают ремонт, причем сотрудничают с дизайнерскими конторами, мебельными фирмами. В общем, избавляют богатых людей от лишних хлопот.
— Можем мы сейчас же позвонить твоему маклеру? — загорелся Тоглар.
— Почему же нет... — И Аргентинец, взяв лежавший рядом сотовый радиотелефон, набрал какой-то номер.
На другом конце тотчас подняли трубку.
— Здравствуй, Серега. Это Городецкий. Как жизнь, как дела? -Аргентинец держал трубку на отлете, и Тоглар слышал, как отвечал маклер:
— Неплохо. Но жить лучше не помешало бы. Ри-элтору для полного счастья всегда нужен богатый клиент.
— А у меня тут есть один. Правда с претензиями. Хочешь переговорить?
— Спрашиваешь...
Аргентинец передал Фешину трубку.
— Добрый вечер. Меня зовут Константин Николаевич. Вы бывали дома у Городецкого?
— Бывал. Эта квартира прошла через мои руки, я ее продал прежнему владельцу. Наша фирма сделала там ремонт. Кстати, как, нравится?
— Да, нравится, — не стал лукавить Константин Николаевич. — И я хотел бы иметь нечто подобное, а главное, в этом же районе, в сталинских домах. Люблю, знаете, простор, воздух, свет...
— Одну секунду, я включу компьютер, — попросил маклер. Дождавшись, пока на дисплее появятся данные, он спросил: — Вы будете платить сразу или по частям, перечислением или наличными?
— Могу сразу и наличными, если, конечно, устроит ваше предложение.
— Варианты у нас есть, и даже там, где вы хотите, рядом с гостиницей "Украина". Дом стоит в глубине двора, так что шум с Кутузовского проспекта не будет вас беспокоить по утрам.
— Сколько комнат? — уточнил Тоглар, он уже вошел во вкус.
— Две квартиры на шестом этаже, на одной лестничной площадке. Трехкомнатная и четырехкомнатная.
Тоглар чуть задумался, потом спросил:
— А нельзя ли соединить эти две квартиры вместе?
— Можно, — хмыкнул на другом конце провода Серега. — Нынче ничего невозможного нет. У вас большая семья?
— Нет. Небольшая. Но я художник. И хотел бы в трехкомнатной сделать большую мастерскую, студию, комнату для гостей — необычную, чтобы чувствовалась обитель, а не просто жилье художника. Понимаете?
— Понимаю. Нечто такое мы уже делали. У нас есть для основы европейские модели подобной студии: фотографии, видеообзор. Но две квартиры в таком престижном районе, сталинском доме, особый ремонт... это станет вам дорого.
— Дорого это сколько? — спросил Тоглар, не выдавая своей радости.
— Около восьмисот тысяч долларов. Возможны какие-то скидки, ведь вы покупаете сразу две квартиры и готовы оплатить наличными. Разумеется, нам понадобится аванс, чтобы начать оформление ордера и подключить дизайнеров, проектантов, строителей.
— Я могу заплатить и все сразу, если понравится и квартира, и ваш проект, но какие у меня будут гарантии?
Но тут вмешался в разговор все слышавший Аргентинец.
— А я и буду гарантом. Он ведь знает, с кем имеет дело: подведет -оторвут голову, вот и весь консенсус. Тут одни коллеги Сереги попытались кинуть нашего братана Мансура, он квартиру на Петровке купил, рядом с главной ментовкой. Теперь нет ни этой конторы, ни хозяина, мир праху его, а оставшиеся компаньоны до сих пор выплачивают штраф за подлянку. Мансур -мужик крутой.
Маклер, конечно слышавший слова Городецкого, сказал:
— Мы стараемся работать честно.
— Можем мы завтра же, с утра, посмотреть ваши квартиры? — Тоглар уже не мог сдержать нетерпения.
— Разумеется. Где увидимся? Ваш телефон?
— Приезжайте к Городецкому к десяти утра.
— Лады, договорились... — И Серега отключился.
— Ну вот, я и заработал шестнадцать тысяч баксов, не выходя из дому, — пошутил Аргентинец. Потом, спохватившись, спросил: — Ты всерьез тянешь на такую дорогую хату?
— Чтобы жить с тобой рядом, никаких денег не жалко, — потирая руки, довольно заметил Тоглар. — Тем более за такие апартаменты, где у меня наконец-то будет мастерская и я смогу заняться живописью.
— Живописью? Ты это всерьез? Я думал, что это твоя Наталья захочет иметь какой-нибудь пижонский салон, — искренне удивился Аргентинец.
