Дуглас вернулся к кусту, возле которого бросил топор. Он присел на землю, решив передохнуть несколько минут. Он не мог снова встать на ноги, устало глядел на товарища и на первые лучи восходящего солнца. Он надеялся, что свет принесет спасение. Но рассвет лишь озарил пустую безмолвную округу. Меда вновь стиснула руку. Тепло от металлического браслета разлилось по его телу. Дуглас попробовал подняться. Он удивлялся, откуда у него ещё оставались силы. Он ухватился за ветки, по которым слегка ударил острым лезвие топора. Тонкие кустарники раздвигались под напором его тела, рудокоп уже ломал ветви руками. За следующей рагой выступили новые заросли. Дуглас вернулся за телом товарища. Он взвалил его на плечо, так что спина Фрола оказалась своеобразным щитом, которым парень защищался от раскинутых ветвей, решив идти напролом сквозь чащу раг.
Последние шаги, когда рудокоп ещё мог удерживать тяжелую ношу, вывели его на свободное пространство. Раги вновь расступились. Дуглас в изнеможении повалился на землю. Он с исступлением дотянулся до снега, который опять покрывал землю, открытую для ветра и солнца. Впереди вновь вставали кустарники, но они были уже более редкими и не столь раскидистыми. Дуглас потащил Фрола по белоснежной земле. Его движения были очень медленны, мучительны и болезненны. Озноб пробирал все тело. Холодная промокшая одежда примерзла к коже, впиваясь в неё тысячами льдинок. Предстояло обойти ещё один куст. Дуглас, учащенно дыша, схватился за его ветви, чтобы немного передохнуть.
- Ты дожил до рассвета, Дуглас, - из-за кустарника вышла Имира. Она была одета в легкое бальное платье ярко красного цвета. Наряд спускался до земли и обнажал её прямые гладкие плечи и шею. На алых губах играла обычная ухмылка, а зеленые глаза горели оранжевым пламенем.
Дуглас недоуменно разглядывал свою прекрасную знакомую. Девушка была настоящей, но у него уже не было сил удивляться или ужасаться её появлению.
- Ты не рад, - она вплотную подошла к нему и ласково провела пальцами по его холодной щеке. – Но это оказалось все, на что ты был способен. – Её пальцы переместились к распахнутому воротнику.
Дуглас задыхался, на шее сомкнулись тонкие ладони графини. Он стал отбиваться, пытаясь отстранить от себя кровожадную охотницу, разжать её цепкие объятия. Лицо Имиры оставалось бесстрастным. Она, казалось, даже не замечала напрасных усилий своей жертвы. Дуглас с ужасом глядел в её пылающие очи, готовые испепелить его. Он потянулся руками к её волосам и глазам. Девушка не сопротивлялась, её губы расплылись в улыбке, и Дуглас увидел, как меняются черты её лица. Он уже не чувствовал жестких пальцев на шее, парень глубоко вздохнул и отстранился от незнакомки, возникшей на месте упыря.
Взор рудокопа затуманила серая дымка. Он пытался разглядеть и узнать девушку, которая отступала от него в черном длинном платье. Глаза разобрали лишь длинные черные волосы, развевавшиеся на лету, высокая стройная фигура повернулась и побежала прочь.
- Двина! – крикнул Дуглас, протягивая вперед руку, хотя ему было не достать до странного видения. – Двина!
Девушка удалялась, бежала уже по воздуху, черный наряд развивался как крылья большой птицы, и когда она совсем скрылась с глаз, обернувшись маленькой точкой вдалеке, Дугласу показалось, что незнакомка превратилась в бурую волчицу. В этот момент воздух пронзил волчий вой.
Он открыл глаза. Солнечный свет заливал белоснежное покрывало, так что поначалу белизна резала парню глаза. Он с изумлением вглядывался в чистую равнину, окружавшую холм, на котором находился. На его тело, распростертое на разложенном плаще, падала тень большой березы, сбоку потрескивали пылавшие головешки дров.
- Где я? – Дуглас поднялся на ноги и в очередной раз осматривал незнакомые окрестности. До его слуха донеслись приближавшиеся шаги, и из-за дерева появился Фрол.
- Сам проснулся? Хорошо. Я уж не знал, как тебя будить, - капитан нес охапку дров, которые подбросил в костер.
- Где мы?
- Это лучше тебя спросить, мой друг, - усмехнулся лемак. – Ты вывел меня из Тайранской степи. Очнувшись, я заметил лишь, что ты не особо беспокоился о моем снаряжении и внешнем виде. Арбалет и стрелы остались среди раговых полей, а моя одежда уже не то, что не согреет – местами она даже не прикрывает голое тело.
Дуглас даже не улыбнулся в ответ на полушутливое восклицание военного.
- Где ты очнулся?
- Я проснулся, когда уже рассвело. Ты спал под кустом, и я решил, что пришла моя очередь дежурить. А заодно решил на тебе отыграться за ночное путешествие и приволок тебя к этой березе, подальше от цветов Тайры и их прекрасных ароматов.
- Значит, мы живы и все-таки спаслись, - облегченно вздохнул Дуглас.
