- Он во всем сознался. Стражи ворот захватили его на этом лугу, когда он сжимал в руках оружие, а перед ним лежал убитый ном, - ответил Зошир, слова которого тут же перевел Дуглас.
- Вин даже в глаза нома не видел. Он даже не знает, кто это такой. Он охотился и мог совершенно случайно попасть в хранителя гор. Ведь говорят, что они совсем маленькие, - Ортек также встал на защиту друга. И хотя голос его был пока еще спокоен, черноморец уже не снимал ладони с эфеса меча.
- Если он убил нома, так пусть номы его и судят! – Лисса выхватила из рук брата золотую ветвь, которую он все еще держал на виду. – Вот это доказательство того, что он, - она указала кивком на Дугласа, - видел и разговаривал с номом. Номы милостивы к нам, они указали нам дорогу, они излечили его, - злость, что сквозила в голосе Лиссы, совсем не добавляла убедительности её словам. – Зачем нам было столь жестоко платить за помощь? Пусть номы сами решат судьбу преступника, а ежели они не явятся сюда, значит им все равно, и они совсем не волнуются тем, что люди приняли кого-либо за их собрата.
Лисса взмахнула в воздухе подарком Эри:
- Где же вы, номы?! Вы ведь хозяева этих краев, все видите, слышите и ведаете!
Дуглас покраснел от стыда. Он знал, что этим ничего не добьешься, и дурачество сестры лишь усугубляло сложившееся положение. Её насмешки и неуважение к здешним людям и их обычаям могло предопределить участь пока еще свободных путешественников.
- Лисса, перестань! – велел он девушке.
- Вы ведь знаете, что это не просто украшение, а подарок нома? – девушка вопросительно воззрилась на старейшину и стоявших позади него солдат. – Кажется, об этом знают уже везде! Вы должны нам помочь – на то, была воля нома. Или она уже для вас не имеет значения? – Лисса со всего размаха ударила веткой о землю.
Ничего не произошло. В воздухе, оглашаемом криками девушки, а также спорами и разговорами у порогов гор среди рудокопов, многие из которых поглядывали в сторону небольшой компании, встретившейся на опушке леса, повисла тишина. Лишь из-под свалившегося толстого бревна донесся непонятный шорох листвы, становившийся все громче. На глазах у изумленных людей на землю явились пятеро маленьких человечков.
Номы были примерно одного роста, по колено взрослому человеку, одеты в серые плащи, кое-где испачканные грязью и каменистой пылью, но вместе с тем обшитые драгоценностями. Они встали в ряд в тени раскидистого дерева и поглядели на людей из-под надвинутых на широкие брови колпаков. Первый на колени повалился старейшина, его лоб коснулся утоптанной под ногами травы, а левая рука крепко прижималась к груди. Вслед за баном ошеломленные и не верившие своим очам вниз упали рудокопы-стражи. Дуглас также опустился перед номами на одно колено и склонил голову на грудь. Лишь черноморец и тайя остались неподвижны. Ортек с приоткрытым от удивления ртом оглядывал карликов и рудокопов, а Лисса не отрывала руки от солонки.
Ном, чье туловище перепоясывал толстый ремень с блестящей пряжкой, выступил вперед и поднял с земли веточку, оброненную в гневе тайей. Дуглас исподлобья взглянул на крошечную фигуру и негромко проговорил, не подымаясь с колен:
- Уважаемые номы, я прошу простить нас, чужаков на этой благодатной земле, - парень начал изъясняться на морийском языке. Слова из других наречий, казалось, вылетели из его головы. – Моим спутникам неведомы все законы, что справедливо управляют жизнью в пределах гор, и…
- Поверьте, поверьте, мы ни в чем не виноваты, - прокричала Лисса. – Ваш народ захватил нашего спутника, а он никогда бы не посмел убить человека, не говоря о номе.
- Очи нашего брата навечно погасли пред светом яркого солнца, и он отныне никогда не ступит по зеленой траве или твердой земле. Он будет наблюдать за вами из темных пещер и глубоких горных расщелин, но вы более не почувствуете его теплоты и опеки, - глава номов говорил на родном языке морийцев. Его тон возвысился на последних произнесенных словах. Он высоко закинул голову и горестно оглядывал людей, склонившихся перед маленькими умельцами и хранителями, что уже не одно столетие оберегали здешний люд и земли от врагов и прочей напасти. – Вы нарушили закон жизни, но даже не ощущаете еще всех последствий, что принесет это преступление, - под тяжким взглядом нома, хотя карлик едва доходил её до колен, Лисса почувствовала, что ноги сгибаются, и земля притягивает её тело к себе. Девушка повалилась вниз, издав при этом испуганный негромкий крик. Также на колени рядом с ней опустился черноморец.
- Но ежели вы видели, как Вин поразил нома, почему же вы, всесильные, не смогли предотвратить этого убийства? – вновь задала вопрос Лисса, она стояла на траве на четвереньках и безрезультатно пыталась оторвать от земли ноги и руки, но её глаза злобно смотрели на неподвижных номов.
