Графу Оквинде де Терро пришлось признать правоту слов своего товарища. Ему оставалось лишь молить Море, чтобы в предстоящих стоянках в Олвионе, Весте и Горесте, его каравелла не была взята на абордаж военными фрегатами и препровождена немедленно в Алмааг. А с двумя беглецами на борту участь ее не была особо привлекательной.
Карета была сброшена в заснеженный овраг недалеко от проезжей дороги, после чего Марго замела с помощью своих чар все следы, и путь продолжали два одиноких всадника. Лисса по-прежнему носила мужскую одежду и изображала брата подруги, образ которой слегка изменился. Продырявленные после замужества тяжелыми серьгами уши быстро зажили, а вот от красной родинки на лбу не удалось избавиться даже колдовством и отварами, приготовленными Лиссой во время их остановок на постоялых дворах и деревенских избах. Колдунья прятала знак своего недавнего замужество под челкой, опускавшейся на чистый лоб.
Скачка не прекращалась ни на один день, обе девушки желали поскорее достичь порта и сесть на корабль, следовавший в Минор, но в этой спешке Лисса испытывала лишь каждодневные мучения и боли от беспрерывной тряски в седле. Тайя удивлялась выносливости Марго, которая как настоящая дворянка чувствовала себя на лошади подобно рыба в воде и не произнесла ни слова жалобы за время их путешествия.
В Бастаре, главном городе в Рустанаде, лежавшем в устье реки Агр, Азар щедро заплатил капитану небольшого руского грузового судна за проезд до Гореста и вдвоем со своей юной сестрой вступил на борт. В воздухе подул попутный весенний ветер, и капитан, не упуская такого шанса, направил корабль по северному курсу.
Судно оставляло за собой ежедневно десятки лиг, ветер крепчал и наполнял широкие паруса. Столь благоприятная погода вызывала удивление у капитана и небольшой команды, управлявшей судном. Русы приносили благодарственные молитвы Тайре, для которой на корабле был зажжен яркий светильник и выставлена глубокая чаша багрового вина. На третью неделю плавания, когда капитан сменил курс корабля, ибо, пройдя вдоль побережья морийских земель, следовало повернуть на восток, чтобы не затеряться в бескрайних водах, подвластных лишь воле бога Моря, ветер также изменил направление и подул с запада, где в неизведанных краях скрывалось каждый вечер яркое солнце.
Лисса прикрывала лицо черным пради. Она откликалась на привычное уже имя Азар и порой прикрикивала грубым мужским голосом на матросов, не спускавших взгляда со стройной фигуры Марго. Тайя не могла нарадоваться скорому безоблачному путешествию, в котором, она надеялась, Тайра, наконец, смилостивилась над своей грешной дочерью. Но Ланс с сомнением разделял ее восторг:
- Я не удивлюсь, если окажется, что благодарить за крепкий попутный ветер придется не Тайру, а твою сестрицу. Она проводит все дни на носу корабля, всматриваясь в синее море и привлекая к себе бесстыжие взоры. И с каждым днем она выглядит все более бледной и усталой.
Капитан Сурот вел свое судно, не отдаляясь на большие расстояния от суши.
Небольшой по размерам корабль уверенно обходил прибрежные мели. На горизонте уже два дня виднелись лесистые берега Минора, когда ветер внезапно прекратился.
Штиль держался до вечера, и русы бросили якорь, намереваясь за время стоянки отправить к берегам шлюпку, чтобы пополнить запасы воды и продовольствия на корабле. Но на закате ясное небо, озаряемое последними отблесками солнца, мгновенно занесло черными тучами, в одинокую мачту неожиданно ударила молния, разломав ее пополам, и на беззащитный деревянный парусник обрушились шквалы урагана, высокие волны и струи ливневого дождя. Второй удар молнии расколол неширокую палубу, судно быстро пошло ко дну.
В суматохе, поднявшейся на борту, Лисса потеряла подругу. Марго в этот день не покидала свою низенькую каюту, Азару же надлежало охранять свою сестру от лишнего внимания и беспокойства, и ночевал он под навесом, пристроенным к входу в ее каморку. При пробоине в палубе тайя оказалась под водой. Лишь благодаря Лансу, который поднял ее на поверхность разбушевавшихся волн, она смогла зацепиться за широкое бревно, ранее служившее мачтой. Людские крики смешались с шумом грозы и волн. Капли дождя хлестали по озябшему телу девушки. Вода загасила факелы и светильники на корабле, и спасать собственные жизни жертвам кораблекрушения пришлось в полной темноте. Буря закончилась также быстро, как и началась. Дождь перестал, и море вновь отливало спокойной водной гладью.
Ланс сообщил своей хозяйке, дрожавшей от холода и страха, что несколько матросов спаслась на шлюпке. Вскоре сама девушка различила тусклый огонек лампы и расслышала мужские голоса. Ее вытащили из воды, после чего предложили глоток рома, бочонок которого русы выловили в усмирившихся волнах. Лисса расспрашивала о пропавшей Марго, но моряки не стали надолго задерживаться среди развалин судна в поисках оставшихся в воде товарищей и погребли в сторону предполагаемого берега.
