Заарканить невесту-девственницу по каталогу полностью

— Даже не думай, — рычит Кэш, и я понимаю, что он действительно на грани. Кладу руки на его спину, и он немного опирается на них.

— На что? — спрашивает отец Джун.

— Я хочу, чтобы этот ушел, — говорит он, указывая на Билли. — И тебе нужно, что — то решить со своей дочерью. Они пытались поджечь мою чертову конюшню с моей женой внутри нее.

— Мы не знали, что вы были там! — кричит Джун, признавая свою собственную вину.

Все просто игнорируют ее. А Кэш продолжает.

— Это наводит меня на мысль, что они могли так же приложить руку к полудюжине инцидентов, которые произошли на нашей с женой земле.

Мое сердце слегка тает от его приятных слов. Я даже не думаю, что он понимал смысл того, что говорил или какое значение это имеет для меня.

— Полагаю, у меня нет выбора. Он исчезнет, но моя ферма исчезнет вместе с ним. У меня нет управляющего, и видит бог, я сам больше не могу этим заниматься. Мой артрит едва позволяет мне выбираться из кровати.

— Джим, это не мои проблемы, но если хочешь, я отправлю к тебе Брэндона. Уверен, он не упустит шанса стать управляющим на ферме, не говоря уж о том, что он сможет охлаждать ту маленькую войну, которая развязалась между двумя нашими фермами. Я не хочу, чтобы ты терял свои земли. Я бы, наверное, не доверил ее Бог знает кому.

— Не делай этого, папочка, — Джун перестает реветь, и злость написана на ее лице.

— Залезай в грузовик, Джун.

— Но, папочка, я…

— Залезай в проклятый грузовик!

Джун ахает и уносится к грузовику. Она забирается внутрь и хлопает дверью.

— Билли, ты уволен, — сообщает Джим. От его голоса мне немного жалко Билли. — Спасибо, Кэш, что не вызвал копов. Не понимаю, что нашло на Джун, но я это выясню, и даю тебе слово, что она больше не побеспокоит тебя.

— Я поговорю с Брэндоном сегодня же и в первую очередь отправлю его завтра на проработку всех деталей.

— Звучит неплохо.

— И, Джим, я серьезно считаю, что ты должен рассмотреть мое предложение снова. Я все выкупаю, даже людей, которые у тебя работают, если захочешь. Переезжайте с женой поближе к городу. Отдохните.

— Думаю, я могу воспользоваться твоим предложением. Я дам тебе ответ завтра утром, — я слышу, как дверь грузовика закрывается, и он уезжает.

Кэш оборачивается, чтобы посмотреть на меня, его взгляд становится мягче.

— Ты можешь просто так выкупить всю его землю? — спрашиваю я. Он показывал мне, где его земля встречается с их. Похоже на то, что у них столько же во владении, как и у Кэша, а это много. Я даже боюсь представить, сколько нечто подобное может стоить.

— Милая, на моей земле есть нефть. Не так уж и много того, что я не смогу купить, если захочу, — отвечает он, смахивая локон с моего лица и заправляя его за ухо.

— Но будешь ли ты больше работать, если выкупишь всю эту землю? Я не хочу, чтобы ты работал больше, — я немножко дуюсь, а Кэш запрокидывает голову назад и смеется. Полноценным, низким смехом, который выходит глубоко из его груди.

— Я только что сказал тебе, что ты неприлично богата, а все, о чем ты думаешь — о нехватке времени со мной?

— Ты неприлично богат, — поправляю его, даже не задумываясь о его деньгах. Они ничего не стоят без него.

— Определенно уверен, что они наши. Не припоминаю, чтобы ты подписывала брачный договор.

Моя челюсть отвисает. Я даже не подумала об этом. Ну, на самом — то деле у меня было не слишком много времени на это, когда Кэш так стремительно завел меня и вывел из здания суда.

А потом, я оказываюсь в его объятиях.

— Убери мистера Бакмана с нашей земли, Эрл, — гавкает Кэш, шагая к дому со мной на своем плече.

— С удовольствием, босс, — слышу ответ Эрла.

Когда мы попадаем в дом, Кэш пинком закрывает дверь, и без просьбы запирает ее на замок.

— Милая, тебе будет больно снова.

Кэш.

По пути в нашу с Клэр спальню, я несколько раз игриво шлепаю ее по попке. Она хихикает от восторга, и мой член от этого становится еще тверже. Видеть ее счастливой — все, что я когда — либо захочу от жизни. Ну, это и детей.

Прошло уже несколько дней, так что у нее было время подлечиться. А теперь же я настроен возродить нашу брачную ночь и попытаться превзойти ее. Было глупо стесняться рассказывать ей о своей девственности, но она тоже ею была, поэтому, думаю, должна понимать это чувство лучше всех остальных. Я рад, что дождался того момента, когда появится правильный человек. Потому что определенно она такой является. Она — единственная для меня, и я хочу провести остаток наших жизней, показывая ей все причины «почему».

Когда я бросаю ее на середину нашей кровати и забираюсь поверх, она продолжает посмеиваться. Я стягиваю одежду с ее тела, и она повторяет то же самое со мной, и в мгновение ока мы оба обнажены и улыбаемся, как идиоты.

— Я люблю тебя, — говорю сквозь улыбку, и она прикасается рукой к моему лицу.

— Я тоже тебя люблю, Кэш.

Устроившись между ее ног, я не дразню нас больше и прижимаюсь своим членом к ее входу. Наши взгляды остаются соединены, и мы держимся друг за друга, когда я медленно устраиваюсь внутри нее. Я отдаю ей всего себя, пока не остается ни дюйма, основание моего члена вжимается в ее киску.