Большая заслуга в этой победе принадлежала артиллеристам под командованием двух способных артиллерийских офицеров, азербайджанцев по национальности. Один из них — Али-Ага Хаджи Исмаил-бекоглы Шихлинский, награжденный впоследствии всеми орденами Российской империи, в том числе Георгиевским крестом 4-й степени — за Порт-Артур, золотым оружием с надписью «За храбрость», и закончивший Первой мировую войну генерал-лейтенантом в должности инспектора артиллерии Западного фронта, стал видным авторитетом и знатоком артиллерийского дела.
С. Мехмандаров тоже дослужился до генерала Русской армии, командовал 2-м Кавказским корпусом в годы Первой мировой войны, был военным министром в мусаватистском правительстве Азербайджана, а при советской власти работал в составе Артиллерийской уставной комиссии и преподавал артиллерийское дело вместе с Шихлинским в Азербайджанской школе комсостава.
Проходили годы, но они всегда вспоминали свое первое боевое крещение вместе с забайкальскими казаками в Северной Маньчжурии.
После боя на перевале Малого Хингана конный отряд Ренненкампфа, преодолев более 100 верст за два дня, 5 августа занял город Мерген, который оказался брошенным жителями.
Противник, около 400 человек пехоты и 100 всадников, пытавшийся оборонять город на подступах к нему, неся большие потери, в беспорядке отошел в юго-восточном направлении. Казаки захватили три брошенных орудия — одно стальное, крупповское, и два скорострельных Гочкиса. Кроме того, были захвачены восемь медных пушек и более 1000 маузеровских винтовок, большой склад курковых ружей и масса холодного оружия. В окрестностях города обнаружили склад пороха в тысячу пудов, который уничтожили. До Цицикара осталось пройти 223 версты.
Отдохнув два дня, отряд продолжил движение на Цицикар, куда также стремился Хайларский отряд генерала Орлова.
Подойдя к реке Немер, в 4 верстах от города Бордо, отряд остановился, так как эту неширокую, но глубокую реку вброд перейти было невозможно.
10 августа от командовавшего Благовещенским отрядом генерала Грибского была получена копия телеграммы командующего армией, в которой после похвал в адрес всех чинов отряда говорилось: «Не сомневаюсь в дальнейшем успехе и разрешаю генералу Ренненкампфу идти с Божьей помощью вперед. На каждую сотню генерала Ренненкампфа по пяти Знаков Отличия Военного ордена, на батарею по четыре, на роту по два знака».
Стали готовиться к переправе на подручных средствах. Здесь в отряд прибыл парламентер от Цицикарского дзянь-дзюня генерала Шеу, который просил задержать на неделю наступление отряда с тем, чтобы дать возможность устроить тысячи беженцев, уходящих от русских и боявшихся расправы с их стороны. Полковника, представившегося начальником штаба генерала Шеу, звали Чжан-Цзо-Лин (будущий правитель Маньчжурии). Спустя 24 года он выступит против пекинского правительства и, заняв столицу, изгонит из нее войска генерала У-Пей-Фу.
Получив отказ генерала Ренненкампфа приостановить наступление, он попытался покончить жизнь самоубийством на манер японского харакири, но был удержан от этого рядом стоящими офицерами. Обливаясь слезами, он написал донесение генералу Шеу.
После его отъезда отряд приступил к переправе на лодках и плотах, лошадей перегнали вплавь. Закончив переправу, казаки Ренненкампфа двинулись в Цицикар, имея в своей колонне батарею С. Мехмандарева и полубатарею А. А. Шихлинского.
Не доходя 30 верст до города, отряд встретил парламентера от Цицикарского дзянь-дзюня Шеу с предложением о сдаче города без кровопролития. Сам дзянь-дзюнь сдаться не пожелал, покончив с собой по обычаям китайской элиты — проглотил золото. По другой версии, Шеу, приняв шлиховое (измельченное или «намытое» в речном течении. —
Казаки захватили в Цицикаре богатые трофеи: 78 орудий, многие из которых новейших систем, склады оружия и боеприпасов, запасы фуража и продовольствия. В казначействе города конфисковали 476 пудов серебра в виде пятифунтовых слитков — «ямбов». Кроме того, там же находились китайские серебряные монеты на сумму 14 675 рублей.
