Острые шипы под подушками диванчика действительно имелись, их обнаружила моя игровая помощница Виги, о чём сразу же меня предупредила. Поэтому я с самого начала встречи сидел ровно, не откидываясь назад, и в целом не имел фальшивых иллюзий относительно добрых намерений Стеллы.
— Это… просто на всякий случай, — неуклюже попыталась объяснить заготовленный на переговоры «сюрприз» собеседница. — Ведь я всего лишь слабая девушка, и вы намного сильнее меня, Ваше Величество.
Впрочем, руку от подозрительной кнопки Стелла всё же убрала. И наконец-то сообщила, ради чего было затеяно всё это представление.
— Я — представительница династии Хвайт Панг, правившей полуволками долгие столетия. Брак со мной полностью закроет вопрос с Легитимностью нового короля, а заодно успокоит знать всех семи королевств зверолюдей. Война после этого также сразу же закончится. Два приграничных города Тихий Берег и Волчье Логово, уже контролируемые армией Симона Двенадцатого, совсем небольшая цена за то, что полульвы отведут свои войска от столицы и согласятся на мир.
— Краем уха я что-то там ещё слышал про требование вассалитета… — напомнил я собеседнице, и Стелла на пару секунд замялась.
— Такое требование действительно было поначалу, но Симон Двенадцатый больше на нём не настаивает. Волки могут остаться свободным народом.
О как… Сильно же мы вчера пощипали агрессоров, раз всего суток кровавой войны полульвам хватило на то, чтобы серьёзно поумерить свои аппетиты. Это было хорошей новостью. Вот только и два приграничных города отдавать я тоже не собирался. А ещё не понимал причины, по которой Симон Двенадцатый настаивает на том, чтобы королевой соседнего государства стала неприметная полуволчица Стелла Набожная. У него с ней имеются какие-то тайные договорённости? Король львов рассчитывает на то, что вскоре после коронации его ставленница избавится от непокорного Пса из Забытой Стаи и, не мытьём так катаньем, он всё равно получит контроль над троном полуволков?
Я попытался донести до собеседницы мысль, что война только началась, города ещё будут неоднократно переходить из лап в лапы, а потому львы ничего на самом деле не добились и требовать сдачи Тихого Берега и Волчьего Логова по условиям мирного договора права не имеют. Но… я не договорил, поскольку потянувшаяся вновь к бутыли ликёра волчица «случайно» задела моё запястье своей лапой, средний пальчик на которой содержал кольцо с крупным ярким рубином.
Именно такое тревожное сообщение побежало у меня перед глазами, да и игровая помощница Виги испуганно взвизгнула. Потеря хитпоинтов составила сто пятьдесят очков — не критично на фоне имевшихся у Пса четырёх тысяч Очков Здоровья, да и негативный эффект отравления был моментально снят крылатой пикси, но всё же об этом вероломном нападении на переговорщика стоило предельно серьёзно поговорить с моей политической оппоненткой.
— Дай сюда, тварь!!! — я силой попробовал отобрать у волчицы заинтересовавший меня подозрительный перстень, а поскольку Стелла стала отчаянно сопротивляться, попросту оторвал незадачливой отравительнице средний палец вместе с кольцом.
Зажав правой лапой морду волчице, чтобы не орала от боли, левой я поднял поближе к глазам свой трофей. Так и знал! В причудливой оправе крупного драгоценного камня имелся выдвигаемый острый шип, полый и соединённый с пустым пространством внутри кольца.
Занятная вещица! Перстень я оставил себе в качестве компенсации за попытку убийства. Но вот саму девушку убивать всё же не стал. Крепко сжимая Стелле челюсти, чтобы полуволчица не могла произнести ни звука, я слегка приоткрыл дверцу паланкина и обратился к ближайшему охраннику из числа полульвов.
— Беги в свой лагерь и передай распоряжение вернуть в Вульфберг пойманную этой ночью девушку-волчицу по имени Рея Ури. Всё понял? Тогда почему до сих пор тут? Ты же не хочешь, чтобы переговоры из-за тебя сорвались?
Охранник попытался было заглянуть внутрь переносной кареты, но я захлопнул дверцу перед его излишне любопытным носом. Прошла секунда, вторая… и красная метка врага на мини-карте стала сдвигаться в сторону ворот.
—
Что ж, насчёт умения быть убедительным… Я повернул морду к своей перепуганной и корчащейся от боли соседке по паланкину и проговорил тихо, но максимально угрожающе.
