Ладно, феникс эта девушка или нет, и чем её спасение всем нам грозит, разберёмся по ходу дела. Я сам взял опасную ношу на руки и наконец-то отдал приказ своему сильно разросшемуся отряду отходить. Мы успешно сдали всех спасённых детей и девушек в храм Матери-Волчицы, однако принимать находящуюся у меня на руках Хельгу жрецы отказались наотрез, при этом даже не потрудившись объяснить свой отказ. Но лопоухая Алиса подслушала разговор жрецов о том, что «только проклятых созданий нам тут не хватало», и речь шла похоже именно о крылатой Хельге.
Сто шесть новых матросов!!! Я готов был прыгать от радости, поскольку мы не только не потеряли никого из экипажа, но наоборот привели множество новых членов команды и подняли укомплектованность триремы «Ярость Королевы Молли» с катастрофических двадцати семи процентов до уже более-менее спокойных семидесяти девяти процентов. Среди спасённых пленников нашёлся и человек-лоцман, знакомый с южным побережьем и Белой рекой — бывший матрос торговой галеры, которой не повезло встретиться в море с кораблём работорговцев.
А неплохо так «плюшек» насыпали за квест! Теперь, имея сто сорок третий уровень персонажа, я уже с большей уверенностью смотрел на встречу с опасным Муаром Скрывающимся в Тени в полдень на арене. Пока Дэн Умная Тыква в компании Дикого Вереска переписывал новичков, распределяя по существующим вакансиям и назначая задания на сегодня, я отнёс всё ещё находящуюся без сознания красноволосую крылатую девушку в мою основательно замусоренную капитанскую каюту и уложил на не очень чистую продавленную койку. При этом обратил внимание, что крылья у девушки кем-то грубо и неровно подрезаны, а крайние маховые перья и вовсе вырваны подчистую с обеих крыльев. Хозяева опасались побега строптивой пленницы? Или наказывали её за что-то? Ответ могла дать разве что сама девушка-феникс, но она находилась в глубоком наркотическом сне…
В компании первого помощника Дэна Умной Тыквы и ремонтника Дикого Вереска я спустился в тёмный трюм огромной триремы своими глазами осмотреть положение дел на доставшемся мне проблемном корабле. Повсюду я видел грязь, мусор, у стен ржавые клети с какими-то старыми костями… Обе мои игровые помощницы морщили чувствительные носики и хором сообщали, что смрад в трюме стоит нестерпимый, соответствующий гнетущей мрачной обстановке. При этом Виги указала мне на валяющиеся на полу обглоданные и расколотые вдоль кости непонятного происхождения, из которых кто-то явно доставал костный мозг.
—
Я тоже на это очень надеялся, хотя и понимал, что правду мне никто из членов команды не расскажет. Идущий рядом Дикий Верес, который уже ранее осмотрел корабль и отметил у себя на восковой дощечке проблемные места, небрежно отшвырнул подозрительную кость и прокомментировал для капитана наблюдаемое вокруг.
— Тут захламлено, но весь мусор в ближайшие пару часов выкинем, это вообще не проблема. Но вот тут корпус триремы был пробит и заделан наспех досками внахлёст. При первом же шторме заплата разойдётся, и вода хлынет в трюм. Ещё одна так же небрежно заделанная пробоина у кормы. А вот тут, не знаю уж, что прежний капитан делал с кораблём, но шпангоуты левого борта расколоты, а несущие палерсы нижней палубы выломаны.
— Гы Толстая Ж*па был тогда пьян. И капитан это… э… — попытался косноязычно объяснить первый помощник, — он тогда промахнулся. Мимо пирса. Э… забыл слово… А! Впечатался! Да, впечатался прямо бортом. В камни волнореза.
— Понятно… — я кивнул и отошёл в сторону, пропуская группу матросов-великанов, несущих огромную стопку крепких досок и большой чан с кипящим смоляным варом.
