– Петр, твои шашлыки, конечно, хороши, но хочется и разнообразия, – хитро посмотрел на него Гуров. – Или ты предлагаешь Маше что-нибудь приготовить, чтобы мы потом на даче разогрели?
– Ни в коем случае! – воскликнул генерал, замахав руками. – И потом, желание женщины – закон! Решено. Закажу нам беседку и домик в Филевском парке. Стас, у них же есть своя страница в интернете? Давайте сразу выберем, что мы там будем заказывать…
На этот раз, в отличие от других аналогичных сборищ по окончании какого-нибудь важного дела, в компании мужчин Строева оказалась единственной женщиной. Жена Орлова приболела и отказалась ехать в Филевский парк, супруга Стаса гостила у своих родителей, и он временно был в одиночестве. И в такой ситуации у Марии оказалось неоспоримое преимущество – она была единственной, кто не знал всех деталей расследования, и имела полное право задавать вопросы тогда, когда считала это нужным, и никто другой ее не перебивал и не требовал пояснений в тех местах, которые Строевой уже были известны.
После того как все собрались в кафе, выпили по рюмке коньяка под холодную закуску в ожидании горячего, всем вниманием завладел Крячко. Марии было почти ничего не известно о разработке «Банды Слепого Пью» и захвате бандитов. Это она и захотела узнать в первую очередь, оставив финал истории Коллекционера на десерт. И Станислав, получивший шанс блеснуть красноречием, превратил историю поимки банды в целую эпопею. Причем рассказывал так заразительно, что увлек даже Гурова, который периодически вставлял реплики и пояснения в рассказ друга.
Вот только совсем уж сделать историю поимки бандитов героической Станиславу помешал финал. В финальной стадии поимки преступников обошлось без перестрелки, погонь и драк. Даже спецназу, который подоспел к блокированному полицейскими домику в Павловском Посаде, не пришлось выламывать двери и идти на штурм. В отличие от Рахимова, открывшего с перепугу стрельбу по Гурову, остальные члены банды оказались куда более здравомыслящими. И когда поняли, что уйти от правосудия на этот раз не получится, сначала повыбрасывали оружие в окна, а потом вышли сами, по одному, с поднятыми, как и полагается, руками. Правда, насчет количества бандитов Гуров с Крячко немного ошиблись. В заблокированном домике оказалось не трое, а четверо. И там, как и в этой компании, среди мужчин была одна женщина.
– Она хирург в местной больнице и любовница Мухина, – завершил свой рассказ Крячко. – Познакомилась с бандитом по переписке, пока тот в зоне чалился. А затем пригрела его у себя. А вместе с ним и остальных членов шайки. Ну, и медпомощь им оказывала, когда таковая требовалась. Правда, жертва лишь однажды сопротивление оказала, но зато какое! Одному бандиту руку потерпевший сломал, а другому – челюсть. Правда, и сам огнестрел получил – еле врачи спасти его смогли. А вот засветились бандиты, конечно, глупо! Мы бы их и так, разумеется, взяли, поскольку уже близко подобрались, но позже. А тут у Рахимова кровь взыграла. Дескать, никто не смеет от нашего имени заявлений делать. А поскольку мы их спеца по компьютерам взяли уже, то вышли в инет они по старой схеме, без всяких ложных IP-адресов. Вот наши парни их логово на раз-два и вычислили.
– А с Резниковым они, получается, на дачах и пересекались? Он всех бандитов знал, что ли? – перевела рассказ в нужную сторону Мария.
– И да и нет, – ответил ей Гуров. – Резников был хорошо знаком только с Мухиным, а с Рахимовым виделся лишь пару раз. Однажды водку вместе в сторожке пили. Вот тогда Коллекционеру и пришла в голову мысль забрать паспорт Рахимова, который тот потерял, когда уходил пьяный домой.
– А у кого он украденные вещи прятал? – задала новый вопрос Мария.
– У соседки на даче, – пояснил сыщик. – Его соседка по дому, старушка – божий одуванчик, даже об этом и не подозревала. Этим летом ей стало трудно на дачу ездить, и она попросила Резникова за участком присматривать. Ну, тот его и использовал как хотел. Кстати, оказывается, он у нас мастер на все руки. И электрик, и слесарь, и программист, да еще, как выяснилось, и в сельском хозяйстве разбирался. По крайней мере, старушка рассказала, что такие урожаи, которые он ей с дачи привозил, ей самой никогда собирать не удавалось.
– А с чего Резников вдруг воровать начал? – поинтересовалась Строева. – Ты же вроде говорил, что случай с кражей коллекции вкладышей в детстве его надолго выучил.
– Выучил, да не тому, – хмыкнул в ответ сыщик. – Тут я, признаюсь, ошибался.
