Охваченный ужасом, Броган отступил назад и сшиб телевизор. Раздался грохот, и на пол посылались осколки битого стекла. В дверном проеме показался человек в маске какого-то животного. Броган вспомнил, о чем его предупреждали, когда он только приступил к работе: «Студенты забавляются. Следите за ними, но не переусердствуйте».
«Матерь Божья, — подумал он, — вот это забавы!»
— Тебе разве не любопытно? — услышал он приглушенный маской голос. — Я имею в виду профессиональное любопытство. Хочешь знать, от чего они умерли?
Человек в маске продвинулся вперед в комнату, в руке у нее был зажат нож. Броган потянулся за своим револьвером, но в дверях показалась вторая фигура с пистолетом-пулеметом «инграм» в руках. Автоматная очередь прошила стену у его плеча. «Инграм» был оборудован глушителем. Он бросил револьвер, который успел вытащить из кобуры, на пол и медленно поднял руки вверх. Он никогда всерьез не верил в наличие угрозы, не верило и его начальство, судя по тону их речей. Террористов можно было видеть на экранах телевизоров, читать о них в газетах, а здесь такого, по их мнению, быть не могло.
Человек с ножом в руках приблизился к Брогану и вновь подал голос:
— Цианистый калий. Не очень оригинально, но эффективно, хотя, как ты можешь убедиться, не безболезненно. Нам пришлось поработать, чтобы начинить невскрытые банки с пивом цианистым калием, — по его голосу чувствовалось, что он решил позабавиться, — но овчинка стоила выделки, не так ли?
Броган хотел сказать что-нибудь, но в горле у него пересохло. Человек в маске расхохотался.
— Испугался? Испугался кучки ребятишек. Ведь так ты о нас думал, не правда ли? Очень легкомысленно с твоей стороны. Нам в среднем по девятнадцать лет: в этом возрасте идут в армию, умирают за свою страну. Мы уже достаточно взрослые, чтобы уметь убивать. А тебе надо было отнестись к нам посерьезнее. Тебе ведь говорили о нас, не так ли? А что ты писал в своих отчетах? Мы ведь их читали. Вы вели себя недальновидно. Вы думали только о внешней угрозе, и даже ее не принимали всерьез.
— Почему вы меня не пристрелите?
— Никакого воображения, — ответил человек в маске. Он всадил Брогану нож под ребра и наблюдал за хлынувшим потоком крови.
В дверном проеме появилась еще одна звериная голова.
— Мы разделались с обоими.
— Без шума? — спросил человек с ножом. Он был очень доволен, что все прошло так гладко. Они убили шесть вооруженных охранников, и те не успели сделать ни одного выстрела. Преподаватели и студенты уже собрались для ежедневного отчета. Через несколько минут весь колледж будет в их руках. Когда прибудет Кадар и его команда, все будет уже сделано. Он будет доволен. Он умеет ценить успех. В этом он очень последователен, так же, как и в том, что беспощадно карает за промахи. Остается надеяться, что Дик не подведет в замке на другом конце острова.
— Да, — ответил вновь прибывший. — Они оба выпили чай, который мы им принесли.
— Пять из шести скончались от цианистого калия, — сказал человек с ножом. — Кто говорил, что будет именно так?
Он имел в виду пари, которое они заключили между собой. Выигравший должен был получил» десять ирландских фунтов.
— Я, — отозвалась маска с «инграмом».
Предсмертная агония Брогана положила конец их беседе. Его голова и туловище приподнялись над полом, изо рта хлынула кровь, и он отошел в лучший мир. Тело рухнуло на пол.
— Пошли, займемся остальными, — сказал обладатель ножа. Он вытащил у Брогана из кармана ключ и открыл шкаф с оружием, зарядил «узи» и положил в карман запасную обойму.
У Фицдуэйна — ни в коем случае не женоненавистника — всегда было сильное предубеждение против участия женщин в боевых действиях. И участие в дюжине войн, воспоминания об осиротевших, нередко грудных детях только укрепили его в этом мнении. Однако в сложившейся ситуации женщины составляли больше трети его малочисленного войска, и они не собирались прятаться в погребе от противника. И он не мог не признать, что ему требуется живая сила.
Он решил проверить их профессиональные навыки и остался недоволен результатом. Что касается Кати Маурер, то с ней все было в порядке. Она была медсестрой и четко знала свое дело, и в одной из пустых кладовых в тоннеле была устроена перевязочная. Медведь едва мог скрыть вздох облегчения. Уне, естественно, поручили обеспечивать питание. Она знала, что и где находится в замке, и принялась за организацию пункта питания в большом зале.
Израильтянка Джудит Ньюман продемонстрировала отличное владение оружием при стрельбе по мишеням в главном тоннеле (в наушниках, чтобы не оглохнуть от шума) и не скрывала, что намерена участвовать в боевых действиях. И надо признать, она не была новичком. Поэтому Фицдуэйн разрешил ей отправиться вместе с ними — с ним самим, Марроу, де Гювэном, Андреасом фон Граффенлаубом и Хенсеном — в Дракер.
