Он внимательно посмотрел на ярко-зеленую поверхность по левую сторону от дороги и на «вольво», который мчался вперед, не оставляя ему возможности посадить машину на дорогу. «Лучше не рисковать», — решил пилот и посадил машину на зеленую траву. Через долю секунды «вольво» резко затормозил и остановился с другой стороны дороги.
«Ничья!» — заметил пилот, улыбнувшись. Он был рад, что у водителя «вольво» нервы сдали лишь на секунду позже, чем у него самого. Но он тут же понял, что поторопился. То, что он сверху принял за зеленую траву, оказалось на самом деле зыбкой поверхностью из водорослей, и его самолет с подразделением «Фантом-воздух» на борту затонул во впадине глубиной двенадцать футов.
— Нечего лезть, куда не просят, — сказал Фицдуэйн, стоя на обочине и наблюдая за пузырьками воздуха на поверхности воды. — Все-таки дома и стены помогают.
Он дал знак бегущим студентам, чтобы они как можно скорее добирались до замка. Запыхавшиеся де Гювэн и Хенсен остановились у «вольво».
— Ты вел себя как сумасшедший, — возмущался де Гювэн, качая головой. По его лицу струился пот.
— Зато добился своего, — сказал Хенсен. Фицдуэйн усмехнулся и распахнул дверцу «вольво»:
— Ну что, старички? — спросил он. — Подвезти?
Едва порткулисы успели опуститься, как на вершине утеса показались первые террористы. Дальше по дороге слышалось хлюпанье: это два уцелевших бойца «Фантома-воздух» выбрались из самолета, выпутались из водорослей и побрели в колледж. Они совсем не радовались предстоящей встрече с Кадаром, но больше им идти было некуда.
Генеральным директором национального комитета по туризму был седоволосый пятидесятилетний политик с приятной улыбкой и изысканными манерами. Он в совершенстве владел искусством вести долгие беседы ни о чем, доводя тем самым собеседников до йодного изнеможения.
Но сейчас его тревожило одно — вероятность задержания рейнджерами группы ближневосточных агентов по туризму. Помощники, доложившие об этом, были убеждены, что этот предполагаемый арест навредит развитию туризма в Ирландии и что подобная информация наверняка произведет неблагоприятное впечатление на телезрителей.
Упоминание о телезрителях вызвало у генерального директора такую же реакцию, как звуковой сигнал у подопытной собаки академика Павлова. Из его рта потекла слюна, он задрожал от страха и потребовал немедленной встречи с командиром рейнджеров.
Килмаре потребовалось девяносто минут, чтобы отделаться от этого идиота и его горластых помощников. Выпроводив всю эту компанию, он обнаружил, что Фицдуэйн за эти два часа не выходил на связь, хотя об этом они условились во время последнего телефонного разговора. Телефон в замке Фицдуэйна не отвечал. Попытка дозвониться до охранников в Дракер-колледже также не удалась. В этом не было ничего удивительного, так как все телефоны на острове питались от одной и той же кабельной линии. Он позвонил в полицейский участок в Болливонане, ближайшей деревушке на большом острове. Килмара знал, что хотя полицейский участок и был закрыт в это время суток, все звонки передавались домой дежурному полицейскому.
Он уже собрался положить трубку, как на том конце провода наконец-то отозвались. Отвечавший явно запыхался. Полицейский, которого звали О'Салливан, сообщил Килмаре, что он только что вернулся с моста, соединявшего большой остров с островом Фицдуэйна. Он искал сержанта Томми Кина, который понадобился начальству, чтобы уточнить одну деталь в деле о нападении на сотрудника береговой охраны. Килмаре казалось, что О'Салливан сейчас сорвется с места и убежит и они не успеют договорить. Он посоветовал полисмену перевести дух и немного успокоиться, а затем спросил:
— Значит, вам не удалось найти сержанта?
— Нет, полковник, — ответил О'Салливан.
— А почему вы не заехали на остров?
— А я вам разве не сказал? — спросил сержант. — Мост обвалился. Остров теперь полностью отрезан от внешнего мира.
Килмара в смятении бросил трубку. На часах было почти восемь вечера. Что же там в конце концов происходит? Он был уверен, что что-то уже произошло, но у него по-прежнему не было никаких доказательств. Праздник герани в Берне и повреждение телефонной линии на острове Фицдуэйна не могли служить основанием для высадки в замке воинских подразделений. А может, это и есть основание, если учесть предчувствия Фицдуэйна и досье Палача.
Он посмотрел на лежащую перед ним папку с собранным материалом о ближневосточных агентах по туризму, которые должны были прибыть последним рейсом из Лондона. Они летели из Ливии через Лондон, так как не было прямого рейса между Триполи и Дублином. Может, стоит попытаться задержать этих путешественников в Лондоне хотя бы на одну ночь?
