– И часто ты эту историю рассказываешь? – не сдержалась я. Тимур улыбнулся, касаясь губами моей кожи.
– Нечасто от меня по песку убегают босые девушки.
Его рука коснулась моей груди, задев чувствительный сосок, и я не сдержалась – застонала и подняла руки вверх, обнимая Тимура за шею. Вид был отличный: темное море с белыми пенными волнами и серебряная луна, прохладный ветерок обдувает кожу, а за спиной горячий мужчина, покрывающий мою шею поцелуями. Ничего себе контраст – ощущения лишали воздуха и заставляли дрожать.
– Тимур… – я попыталась прийти в себя, но мужчина легко развернул меня, лишая последней возможности отстраниться.
– Я за него, – прозвучало хрипло и так возбуждающе, что я сама впилась в его губы, жадно целуя. Ткань платья опять потянулась вверх, и горячие пальцы коснулись внутренней стороны бедра. Тело обдало пламенем, и я выгнулась, собирая в пальцах ткань рубашки Тимура. Все соображения о неправильности происходящего исчезли в прикосновениях умелых пальцев, на которые я едва ли не насаживалась, не сдерживая стонов.
Мне было жарко и холодно одновременно, и от этого била крупная дрожь. Тимур опустил меня на песок и лег сверху, ни на секунду не прекращая поцелуев. Я судорожно пыталась расстегнуть рубашку, пальцы путались в пуговках, из-за чего я едва ли не рычала. Нетерпение, страсть и вместе с тем дикая нестандартность ситуации рождали дикий комплект крышесносных чувств.
Знаю, чем все должно было закончиться, член Тимура упирался мне в бедро и намекал на скорое продолжение банкета, а сама я совсем недвусмысленно стягивала с мужчины рубашку, как вдруг мы услышали тактичное покашливание.
Мы замерли, и я выглянула из-за плеча Тимура. Над нами стоял, покачиваясь, пьяненький плюгавенький мужик и наяривал свой агрегат. Мерзость редкостная, надо сказать. От такого зрелища не сексом хотелось заняться, а закрыться в туалете, чтобы проблеваться.
– Нижайше прошу прощения, господа, – заплетающимся языком сказал мужичок. Тимур аккуратно поправил на мне платье и встал.
– Тебе чего, дядя?
– Хотел бы присоединиться к вашему половому акту, но решил сначала спросить разрешения.
Такого я точно не ожидала, а Тимур так и вовсе замер, ошалело разглядывая мужика. Алкаш переводил осоловелый взгляд с меня на парня и, не дождавшись ответа, уточнил:
– Можно?
В общем, вскоре последовали крайне запоминающиеся минуты некрасивой драки, моих причитаний и убегания мужичка. Причем отбежав на приличное расстояние, он остановился на ближайшем холме и стал кричать:
– Шлюха! Всем дала, а мне не дала! – звуки в темноте разносились очень хорошо, и такие слова били прямо по больному.
– Я тебе дам!.. – Тимур бросился было следом, но я повисла на его плечах.
– Хватит! Он просто пьян.
– Тварь, – мужичок все-таки убежал и слышать это уже не мог.
– Все нормально, – я подобрала с песка туфли. Возбуждение уже схлынуло, и на Тимура смотреть было стыдно. – Ты знаешь, где мы находимся? Вызови такси.
– Да, – Тимур провел ладонью по волосам, оставляя на них песок. Он не стал опять предлагать поехать к нему, и за это я была благодарна. Ничего бы не получилось, а объяснять причину отказа не хотелось. Атмосферу проходящий алкаш точно испортил, а вместе с тем пришло и сожаление: я, как гулящая девка, чуть ли не занялась сексом на пляже с малознакомым парнем. Не жили распутно, нечего и начинать.
На обратной дороге Тимур пытался со мной заговорить, но я отвечала неохотно и односложно. Злилась, честно скажу, но не на него, а на себя, а еще очень и очень устала. Все-таки ночь оказалась богатой на приключения, и это вымотало.
– Где ты живешь?
И я не знаю почему, но говорить свой настоящий адрес не хотелось. Не похож был Тимур на того человека, который будет караулить меня под дверьми, но… В общем, я сама не могла этого объяснить, но сказала:
– В «Донна Анапа».
Таксист остановился у переулочка, и Тимур вышел из машины.
– Я провожу.
– Не нужно, – я запаниковала. – Здесь пару шагов, а тебя такси ждет.
– И все же…
– Нет! – крикнула я резче, чем следовало. Тимур обиженно замер, и я растерялась. – Прости, но давай расстанемся здесь.
– Лиля, на пляже, конечно, получилось некрасиво, но…
– Спокойной ночи, – твердо сказала я. Сердце сжалось от боли, ведь Тимур меня не обижал, но… Кто бы мне сказал «спокойной ночи», кто бы меня сейчас остановил, чтобы я не думала о том, что могло было бы быть. – Тимур, не судьба.
Я улыбнулась и пошла по переулочку прочь. Тяжелый мужской взгляд касался моей спины, и мне оставалось только держать ее ровнее.
Дошла уже до ворот, когда машина заурчала и развернулась, выезжая на дорогу, и тогда я воровато оглянулась и полезла через забор. В юбке да на каблуках делать это было неудобно, так что мое падение было закономерностью. Хорошо хоть траву со стороны бывшего лагеря никто никогда не стриг, мое падение она смягчила.
