Тильда села и демонстративно скрестила руки на груди.
— Мы совершили небольшую экскурсию по территории «Хакеше Хефе», и я на последнем поезде метро поехал домой. В это время на улицах никого не было, а потом подошли какие-то типы и начали на меня наезжать по принципу: «А не пошел бы ты отсюда, ты только портишь пейзаж, и вообще мы хотели бы увидеть твое лицо после того, как тебя переедет поезд». Мне еще повезло, что поездов больше не было. Когда они это поняли, то разозлились еще больше. Я попытался разрядить обстановку, но они становились все агрессивнее. А потом двое держали меня, а третий бил. Здоровый, как шкаф. Наконец все это им надоело, и они смылись. Я еле добрался домой и отключился. А как только проснулся, сразу позвонил. Вот и все.
— Невероятно! Как можно, что какие-то типы бьют всех подряд просто так? Просто так! — Тильда не могла в это поверить.
— Да. Просто так.
— А там не было камер видеонаблюдения, чтобы узнать этих типов?
— Нет. На станции метро нет. Наверное, они об этом знали.
— Ты должен обязательно подать заявление в полицию, — сказал Матиас. Ему хотелось выкурить сигарету, но он сдержался.
— Ладно, так и сделаю. Завтра, может быть. Хотя это ничего не даст. Я не могу описать этих типов, они выглядели так, как выглядят все. Бейсболки, кожаные куртки и джинсы. Конец. Я даже не могу сказать, были это турки или немцы. Потому что «Эй, старик, я тебя уделаю!» на берлинском диалекте может сказать каждый.
— Да, в твоих кругах…
— Ты опять начинаешь, мама!
— И все-таки еще раз… — вмешался Матиас. — Я считаю, что тебе нужно пойти в полицию. Независимо оттого, даст это что-то или нет.
— Ну хорошо, если это сделает тебя счастливым, я пойду. Это был обычный тон Алекса, которого Матиас терпеть не мог. Может быть, другие люди и не обращали на это внимания, но он его чувствовал: этот сладковатый голос, это самодовольство, иногда даже подчеркиваемое легким прищуром. Правда, вот этого сегодня не было, потому что глаза Алекса заплыли. Но он любил насмехаться над отцом, и он презирал его.
— Тебе еще что-то нужно?
— Да.
— Что?
— Чтобы вы оставили меня в покое!
Тильда встала.
— О’кей, мы уходим. Но с ногой в гипсе ты вряд ли сможешь передвигаться. Купить тебе что-нибудь?
— Нет. Я сам разберусь.
Тильда вздохнула. Алекс невероятно упрям! А из-за того, что он отвергает любую помощь, ей приходится беспокоиться о нем постоянно.
— Оставь его, — сказал Матиас. — Мы можем позвонить вечером и узнать, как у него дела.
— Тогда пока.
Матиас и Тильда вышли из квартиры.
И только когда Алекс остался один и смог все обдумать, он понял, что совершенно беззащитен перед отцом Лейлы.
Виола удобно устроилась, положив ноги в туфлях на высоченных каблуках на письменный стол рядом с бутылочкой просекко, и пилочкой подправляла маникюр. Она чуть не упала со стула, когда Матиас за несколько минут до одиннадцати вошел в бюро.
— Что случилось? — заикаясь, спросила она, сняла ноги со стола, схватила бокал и попыталась его спрятать, что ей, однако, не удалось. Да в этом и не было необходимости, потому что Матиас уже все равно его заметил.
— Почему ты проснулся… Я имею в виду, почему ты здесь, что случилось? — осторожно спросила она.
— А что здесь празднуют? — Матиас не собирался отвечать на вопрос Виолы. Настроение у него испортилось еще больше. — У тебя что, день рождения?
— Нет! — делано засмеялась Виола. — Просто низкое давление. Игристое — это лекарство для меня, шеф. — Она покачала ногой и с улыбкой посмотрела на него.
Но даже на это Матиас не отреагировал. Только не сегодня, только не после всего, что произошло. Обычно он легко находил общий язык с Виолой. Она была красивой, наивной, делала то, что ей говорили, и, похоже, была вполне довольна своей работой. Если на каком-то мероприятии нужна была, дама, которая сопровождала бы его, Матиас брал ее с собой. Она держалась на заднем плане, без устали улыбалась и не вмешивалась в разговоры. Она была преданна, никогда не напивалась и хорошо танцевала. Матиас умел ценить все это. С Виолой невозможно было вести умные разговоры, но в ее присутствии он никогда не чувствовал себя некомфортно или скованно.
Так что он решил не создавать проблему из-за маленькой бутылочки, прекрасно понимая, что ему просто хочется сорвать на ком-то свое плохое настроение, и сдержался.
— Что нового, Виола?
— Ничего. Не забудь о встрече с Герсфельдом. В пятнадцать часов. Я нашла еще два проекта, которые могут пригодиться. Вот посмотри.
Она пододвинула к нему по столу несколько папок.
Матиас кивнул:
— Спасибо.
Он взял бумаги и отправился в свой кабинет.
Ситуация с Алексом тяжким грузом легла на его душу. Всего полчаса назад он в растерянности стоял рядом с Тильдой на улице перед его квартирой. Он бы с удовольствием выпил с ней кофе, чтобы расспросить об Алексе, потому что она явно поддерживала контакт с сыном, но она отказалась.
