Робот, гаечки и ключ.Что общего? Они металлические — самый очевидный ответ. Но самый простой ответ не всегда верный.Москва: Детская литература, 1988 г.
Произошла эта удивительная история не где-нибудь на Луне, а неподалеку от меня, в Москве, в некоей квартире номер сто восемь. Улицу и номер дома я не буду вам называть, это вам все равно ничего не даст: все давно уже кончилось. Да и найти квартиру-108 — именно ту самую, в которой все приключилось, — не так-то просто. Даже если бы вы знали улицу и номер дома. Район у нас новый, все дома в нем совершенно одинаковые. И нумерованы они не по порядку, а как попало… Возьмите-ка одинаковые кубики, пронумеруйте их, положите в коробку, а потом высыпьте из коробки на пол — и получите точную копию нашего района. Теперь вам ясно, что найти квартиру-108 — не какую-нибудь, а именно ту самую — очень нелегко? Я сам искал ее много раз и часто попадал не туда. То есть сначала я вроде попадал куда надо, потому что улица, по которой я шел, казалась мне именно той самой, и попадал я в тот же двор, и в то же парадное, и в ту же дверь с тем же почтовым ящиком и замком, и люди, которые мне открывали, были вроде все те же… и все-таки не те! Но дело не в этом. Дело в том, что я-то в этой квартире бывал, в ней живут мои друзья. И я наизусть знаю всю приключившуюся с ними историю, знаю ее от начала до конца. Началось все очень просто… Хотя минуточку: сначала я должен рассказать, кто живет в квартире-108 и кто соседи. Кстати, почему я все время подчеркиваю номер квартиры? А потому, что хочу ее как-то называть, хочу, чтобы у квартиры было имя. А как ее еще называть, если не по номеру? Тем более что сейчас это модно. Ведь то и дело все называют по номерам: Олимпиада-80, рок-группа-70, песня-83 и так далее. Так что название «квартира-108» звучит весьма современно.
Итак, в квартире-108 живут: обыкновенный папа, обыкновенная мама и двое детей — мальчик и девочка. Вы заметили, что детей я обыкновенными не называю? Потому что дети всегда необыкновенны. Некоторые, становясь взрослыми, сохраняют эту необыкновенность до глубокой старости. Таких людей мы называем гениями. Но чаще всего люди эту детскую необыкновенность теряют… Так вот, необыкновенным детям во время этой истории было: мальчику Юре пять лет, а девочке Кате шесть. Обыкновенному папе было тридцать семь лет, а маме неизвестно сколько: она этого никому не говорит. Во всяком случае, мама в квартире-108 очень красива и всегда одета во все новое и яркое. Когда она выходит на улицу, она обувает туфли на шпильках или высокие красные сапоги и укрепляет на голове разные удивительные шляпы — с полями и без полей, — которые она мастерит сама, а зимой еще надевает скунсовую шубу и поверх, когда холодно, красный мохер — вроде одеяла. Но мохер — это, конечно, не одеяло, хотя он и очень похож на одеяло: это такой мохнатый и широкий шерстяной шарф, очень модная вещь. И хотя мама всегда одета по-разному, она во всем всегда одинаково красива… Но мамы всегда красивы, вы со мной согласны? Особенно те, которым неизвестно сколько лет. Они никогда не меняются.
